Она тянулась бесконечно.
Господин Марио Кастеллано побледнел в предчувствии провала.
Спиридон Ковшин успокаивающе кивнул мне, но я видел, что он сам изрядно нервничает.
И вдруг зрительный зал взорвался аплодисментами и оглушительными криками.
— Браво! — кричали зрители.
— Брависсимо!
— Бис!
— Бис!
Они неистово хлопали в ладоши, и мне снова почудилось, что в двух шагах от меня бушует грозное море.
Занавес снова раздвинулся. Яркий свет театральных софитов ударил мне в глаза, и я привычно прищурился.
Какая-то девушка выбежала на сцену и протянула мне букет. Я неловко поцеловал ее в щеку.
А зал все бушевал и бушевал.
Под этот рев швейцар снова пробрался ко мне.
— С премьерой вас, ваше сиятельство! — крикнул он. — Ну, теперь-то глотните, теперь уж можно.
— Потом, потом! — отогнал его Кастеллано.
Курчавые волосы режиссера окончательно растрепались, а на лице горел счастливый румянец.
— Это успех, Александр Васильевич, настоящий успех! Сразу после премьеры будет банкет, я вас приглашаю. Все оплачивает театр. Нет, к черту театр, я сам все оплачу. Мадонна миа, как я счастлив! Но пообещайте, что следующую пьесу вы отдадите только в наш театр и никому больше.
— Поговорите об этом с Елизаветой Фёдоровной, — пытаясь прийти в себя, ответил я.
Ковшин и Муромцева тоже подбежали, чтобы поздравить нас. Дружески обнимаясь с ними, я вдруг подумал, что артисты по-своему очень счастливые люди.
Возможно, самые счастливые в этом мире.
У них трудная жизнь.
Им часто приходится испытывать горечь провала.
Но и счастье, и успех знакомы им как никому другому.
Кастеллано продолжал что-то говорить насчет следующей пьесы, но я отмахнулся от него и пробрался к Лизе.
Ее обступили кавалеры с букетами, они наперебой сыпали комплименты. А Лиза выглядела растерянной и счастливой.
Хорошо, что мне пришла в голову эта идея со спектаклем, подумал я.
И Лиза как будто услышала мою мысль. Она повернулась ко мне и одними губами сказала:
— Спасибо.
А на следующий день началась новая суматоха. Мы готовились к свадьбе.
Сам бы, честно говоря, предпочел скромную церемонию. Но я видел, как волнуется Лиза, и понимал, что для нее важно, чтобы все было по-настоящему.
Да и Его Величество при очередной встрече твердо заявил мне, что хочет погулять на моей свадьбе, а разочаровать императора я не мог.
То есть мог, конечно, но не хотел.
По счастью, почти все хлопоты взял на себя Игорь Владимирович.
Но и мне иногда приходилось бывать в трех местах одновременно. Так что я целыми днями метался туда-сюда через магическое пространство и совсем забыл, какое это удовольствие — неторопливо путешествовать на извозчике.
Даже мой отец наконец-то отбросил все обиды и принялся помогать Игорю Владимировичу.
И вроде бы человек хотел только хорошего, но по своей привычке чуть не испортил все дело. Не могу понять, как это у него получается?
Мы с отцом столкнулись в особняке деда, и я попросил у него список приглашенных гостей. Отец с большой неохотой отдал мне бумагу. Я пробежал ее глазами и обнаружил, что среди пышного цветника милостей, светлостей, сиятельств и высочеств нет ни одного из тех, кого я считал своими друзьями.
— А где преподаватели из Академии? — удивленно спросил я. — Где Иван Горчаков и Леонид Францевич? Почему я не вижу в списке Петра Брусницына и обитателей Сосновского леса?
Разумеется, отец тут же взорвался.
— Ты граф Воронцов, — заявил он. — Твоя свадьба — это важное событие, на нее нельзя приглашать кого попало. Ты что, хочешь посадить императора за один стол с каким-то лешим?
Ноздри отца раздувались, он сверлил меня взглядом.
Я покосился на Игоря Владимировича, но дед молчал, глядя в сторону.
Тогда я аккуратно положил список на стол и прижал его ладонью.
— Спасибо вам за помощь, Василий Игоревич. Дальше приглашать гостей я буду сам. Этот список я оставлю себе и дополню его по своему усмотрению.
— Ты соображаешь, что творишь? — выкрикнул отец.
Но я молчал, твердо глядя на него.
Тогда он в последний раз обиженно фыркнул, повернулся и выбежал из гостиной.
— Он хотел как лучше, Саша, — негромко заметил дед. — Я пытался его отговорить.
— Да я знаю, — усмехнулся я. — Вот только получилось у него, как всегда. Надеюсь, он не настолько обиделся, чтобы не явиться на свадьбу.
— Анна Владимировна ни за что не позволит ему выкинуть такой фортель, — твердо ответил дед. — Не беспокойся.
Свадьбу мы отпраздновали в доме Игоря Владимировича.