— Да.- вновь бросила Варвара.
— Ну ничего себе! Вас приглашают на чекистскую свадьбу! Интересно, интересно. За какие такие заслуги? А товарищ Андропов будет там присутствовать? Или свадьба обойдется без него?
— Насчёт товарища Андропова мы не знаем,- влез в разговор я,- но полагаем всё же,что он отделается только поздравлением. Вряд ли личным. У него слишком много работы.
— Ну хорошо -то как! Как замечательно! Моя внучка будет гулять на чекистской свадьбе. Интересно, где? Наверное для таких случаев на Лубянке свой ресторан имеется? Из камер переоборудовали.
— Свадьба состоится в ресторане гостиница «Украина» — вновь коротко бросила Варвара.
— И чем вы это так угодили товарищу чекисту,что он аж пригласил вас на собственную свадьбу⁈
— Мы лечили от лейкоза его восьмилетнюю внебрачную дочь. А через три дня Борис женится на её матери, — опустив глаза сказала Варвара.
— Замечательно! У этого подонка, оказывается имеется дочь! К тому же больная лейкозом. А он знал об этом всём когда подбивал к тебе клинья? — спросил Варвару дед.
— Да. Знал, — ответила ему она.
— Ещё лучше! Знал и всё равно пытался ухлёстывать за тобой. Редкостный подонок этот твой Борис!
— Дедушка давай не будем осуждать человека. Совершенно не зная его, как -то кротко произнесла Варвара.
— Что-о -о? Что я слышу?,- Александр Тихонович указав рукой на Варвару,- повернулся ко мне,-моя внучка подалась в христианки — неосужденки? Ну знаешь ли…А,что такие вот Борисы в тридцать восьмом году в Лефортово сломали мне руку и пару рёбер на допросах, требуя от меня признания в подготовке террористического акта путём распыления бацилл чумы на первомайской демонстрации, а заодно в шпионаже в пользу Германии это ничего? В сорок седьмом они правда уже не били. Времена изменились. Просто не давали спать. По семь суток кряду. И шпионаж уже был в пользу Америки.
— С тех пор всё изменилось,- попробовала возразить ему Варвара.
— Что-о -о? Изменилось говоришь? Может быть изменилось. Только они не изменились. Нисколько. И если дадут им команду эти твои Борисы с огромным удовольствием вновь примутся ломать руки и рёбра невиновным людям. И держать их на «конвейере» требуя от них абсурдных признаний. Так, что в этом плане ровным счётом ничего не изменилось! Ничего! Слышите меня⁈
— Нам,что требовалось отказаться от лечения его дочери?- влез в разговор я,-девочка тут причём?
— Помолчите, молодой человек,- повернувшись буквально рявкнул на меня Панфёров,- помолчите вы здесь лишний. Я не с вами разговариваю!
Помолчите, так помолчите. Я решил помалкивать и наблюдать чем кончится этот словесный поединок.
— Конечно об отказе от лечения девочки не могло быть и речи! — продолжал бушевать Панфёров,- девочка совсем не виновата, в том,что её папашей является отродье с Лубянки. Причём отродье потомственное. Да и связываться с ними не особенное удовольствие. Но вы должны были, понимаете должны! Не вступать с этим Борисом ни в какие личные отношения! Сделали лучше его ребёнку и всё! Адье! А вы дошли до того, что он вас приглашает на свою свадьбу! Вы часом в друзей семьи не набиваетесь?
— Нет,- ответила Варвара.
— И то хорошо! Подожди, подожди, а деньги за лечение дочери вы с него часом не взяли?
— Да мы взяли две тысячи рублей. Только,что. Борис был тут, в этой комнате совсем недавно. Он предложил нам две тысячи. Сказал, что собрал их вместе с Наташей, Наташа — это его будущая жена. Что не знает как отблагодарить нас за спасение жизни Лиды. Лидой зовут его дочь. И,что если мы не возьмём эти деньги то он с Наташей очень обидятся, поскольку предлагают они их от чистого сердца. Я посмотрела на Бориса и поняла,что он говорит совершенно искренне. Поэтому и взяла эти деньги.
— Ты взяла грязные и кровавые чекистские деньги? — произнёс Панфёров почти задыхаясь,- ты сделала это здесь? В этой комнате? Ты осквернила память своей бабки у которой эти мерзавцы украли минимум десять лет жизни? Т-а-а-к! С тобой всё ясно! Я не желаю больше тебя знать. У меня больше нет внучки!
Панфёров громко стукнул тростью по полу, резко развернулся и вышел из комнаты громко хлопнув дверью.
— Ну,что наша поездка в Ялту отменяется? — спросил я Варвару, заслышав звук мотора отъезжавшего автомобиля.
— Нисколько,- ответила мне Варвара,- дедушка побушует, побушует и завтра, а может быть и сегодня отыграет всё назад. Наверное всё — таки завтра уж больно задевает его тема чекистов.
Я подумал о сходстве в этом плане моего прадеда и деда Варвары и сказал:
— Слушай, Варь, а давай я познакомлю тебя со своим прадедом. Всё равно его надо навестить. Напишу ему письмо. Если он согласится тебя принять, а человек он нелюдимый, то познакомитесь. Даже интересно будет. Тесное общение трёх целителей — экстрасенсов. Может быть чему друг у друга научимся. Благо он недалеко живёт. В Краснознаменской области.
— Да- это было бы интересно,- ответила мне Варвара.
В этот момент в коридоре раздались шаги и в дверь постучали.
— Да, — почти одновременно сказали мы.
Дверь распахнулась и в комнату вошла Вика.
— Вы,что с Александром Тихоновичем поссорились? — спросила она,- и когда он приедет обратно? Сегодня или завтра?
Варвара лишь засмеялась в ответ.
— Вот видишь! Вика тоже помнит о необыкновенной вспыльчивости и при этом же необыкновенной отходчивости моего родного дедушки. Я сначала думала,что завтра, а сегодня думаю,что сегодня. Уж больно тема важная.
В ответ я лишь покачал головой.
Предположение Варвары полностью сбылось. Не прошло и часа, как вновь раздалось рычание автомобильного мотора, затем хлопнула входная дверь и мы вновь узрели перед собой Александра Тихоновича Панфёрова собственной персоной.
Бросив на нас свой весьма свирепый взгляд он коротко сказал Вике:
— Здравствуй, Виктория, как, ты была в университете? — и дождавшись её ответа, кивнув головой сказал нам:
— То,что вы взяли эти мерзкие деньги, конечно не красит вас. Но моему приятелю не на кого больше рассчитывать. Напомню вам, внучка у него одна. Так,что идите на эту свою свадьбу, а затем сразу же в Ялту! Понятно? Время не ждёт! Билеты я вам достану. Поедете сразу после бракосочетания этого палача и мерзавца. Вам ясно?
— Ясно,- ответили мы с Варварой почти хором.
Провожал Александра Тихоновича я один. Свою внучку видеть на прощание он не захотел.
— Как у вас обстоят дела с Викторией? — уже совершенно спокойным голосом спросил он меня.
— Но ею занимается преимущественно Варвара,- ответил я, но на мой взгляд всё нормально, хотя, как она говорит, у неё ещё бывают слуховые галлюцинации.
— Виктория в детстве была совершенно необыкновенным ребёнком,- сказал мне Панфёров,- очень умным, развитым не по годам. К сожалению её ослы — родители восприняли всё это совершенно неправильно. Они начали лепить из неё какого -то вундеркинда, перебрасывать из класса в класс, затем в в тринадцать лет она поступила в МГУ,- в общем,- Панфёров махнул рукой,- из Вики ничего не вышло, — вернее вышла психически больная девушка. Её личность по словам Вари полностью разрушилась. Она видела её в этом печальном состоянии. А сейчас я смотрю на неё и вижу,что от умной, любознательной Вики не осталось ровно ничего. Представляете,ничего! Обычная девица, которых на улице просто масса. В её глазах, когда она была маленькая горел постоянный огонёк, огонёк жажды знания. А сейчас я вижу пустоту и скуку. Болезнь очень жестоко обошлась с ней. Вика вернулась, но стала совершенно обычной, как все. Она, как я слышал, желает восстановится в университете. Она может это это сделать. Наверное. И даже закончить его. Только зачем? Боюсь,что возврата к прежней Вике уже не будет.
— Александр Тихонович, — начал я, мне как -то заметилось, что у Варвары стала проявляться какая -то необычайная интуиция, прямо таки на грани ясновидения. У вашего необычайного деда не было ничего подобного?
— Что вы имеете ввиду? — спросил меня остановившись Панфёров.
— Ну она начала предчувствовать приход тех или иных людей. Кстати приход Бориса она явно предчувствовала за несколько часов до того, как он состоялся, затем он начинает читать людей как книгу,видеть их настроение так в частности она сказала мне, что видит, как и почему я не люблю Вику, хотя я стараюсь тщательно спрятать эту неприязнь к ней. Но она всё равно это видит.