Развела руками в стороны. Володя улыбнулся:
— Где она?
— В вашей спальне, господин. Вы не говорили приготовить для девушки отдельную комнату, и мы подумали…
— Думать я вам не запрещал, всё верно. Одежда тоже в спальне?
— Разумеется, господин. Поставили ещё два шкафа. Всё сложили в них.
Кивнул.
— Замечательно. Ты молодец, малышка. Замолвлю за тебя слово Пятому. Кстати, можешь сказать, что я подыскиваю моторостроительный завод для производства двигателей по нуваррскому образцу. Если они кого‑нибудь порекомендуют — буду только рад.
Девушка покраснела, а молодой человек поднялся из‑за стола, показал на заполненную бумагами поверхность:
— И вот, когда я уйду, ознакомься. Новый заказ из Русии.
Проходя мимо её, уже привычно взъерошил волосы:
— Со мной не пропадёшь, малышка…
Вышел, Илана даже застонала от бессилия — он что, специально издевается над ней?!. Войдя в спальню, увидел закутанную в одеяло Юрату, неподвижно застывшую на кровати. Озабоченно — демонстративно взглянул на часы:
— Ты чего сидишь? Через час в ресторан, а ты ещё не готова.
Напряжённым голосом та ответила:
— Я никуда не собираюсь.
— Уверенна?
Подойдя к новому шкафу, открыл дверцы, сразу закрыл, пробормотав:
— Мда… Нижнее бельё. Это не в моей компетенции. Хотя выглядит страшновато…
Открыл другую секцию, снова взглянул на девушку, затем пробежал глазами платья, висящие на вешалках. Снял одно, подошёл к океанке, положил возле неё.
— Если не хочешь идти непричёсанной — пошевелись.
— Я никуда не…
Могучие ладони встряхнули её так, что лязгнули зубы:
— Ты. Сейчас. Пойдёшь. В соседнюю. Комнату. И. Оденешь. Платье.
Задрожав, та медленно кивнула в знак согласия, и едва ладони разжались, чуть ли не бегом устремилась туда, куда было велено. Хлопнула дверь. Тишина. Владимир склонился над обувью, выбирая туфли.
— Чёрт знает что! Даже глаз положить не на что. Вообще не умеют делать обувь! Вот у нас…
Вздохнул, вспоминая элегантные шпильки… Снова щёлкнул замочек, обернулся — в проёме застыла Юрата. Уже одетая. Мнущая в руках покрывало, в которое была закутана.
— Положи ткань на место. Она ни в чём не виновата.
Голос буквально леденил шангу. Послушно рассталась с покрывалом.
— Подойди.
Нехотя приблизилась. В руки ткнулась пара роскошных туфель.
— Не умеют у вас нормальную обувь делать. Ладно. Сойдут и эти. Одевай.
Наклонилась, застёгивая ремешки. Выпрямилась. Странно. Ей показалось, или в зелёных глаза действительно мелькнуло одобрение?
— Неплохо… Неплохо… Так. Остался один штрих. Идём.
Взял её за руку. Желания вырвать свою ладонь даже не возникло. Было просто страшно до холодка в желудке… Он подвёл её к столу, оставил так. Не успела облегчённо вздохнуть, как появился вновь с большой шкатулкой в руках. Поставил её на стол, открыл крышку, и Юрата ахнула от изумления — украшения! Какая красота! Боги! Она даже представить себе не могла, что подобное может существовать! Какая прелесть… Он немного покопался внутри, затем на стол легли большое колье, длинные серьги.
— Прости, колечко надо под размер делать. А вот браслетик мы тебе найдём…
Положил на столешницу широкий, из цельных кристаллов, названный только что предмет. Затем второй, точно такой же. Едва заметно улыбнулся:
— Что же ты? Одевай. Или помочь?
— В — Вы не шутите?
— Ничуть. Одевай. Не бойся.
Несмело притронулась к ожерелью. Ощутила холодок драгоценных камней, ахнула про себя, быстрыми движениями одела. Небольшая заминка возникла с незнакомой застёжкой, но нуваррец помог ей справиться с проблемой. Затем отступил назад, одобрительно кивнул:
— Знал бы раньше — взял бы тебя вчера с собой. На приём. Ну, надеюсь, не последний раз…
Набрала в грудь побольше воздуха, еле слышно спросила:
— За это я должна спать с вами?
Он коротко усмехнулся:
— Как тебе сказать? Захочешь — приходи. Моя постель будет всегда свободна для тебя, милая. А нет — пригодится соседняя спальня. Сейчас её приведут в порядок для тебя.
Мотнула головой:
— Я не понимаю…
— Честно?
Улыбнулся так, что Юрата заворожённо уставилась на него, не в силах отвести глаза:
— Я себя тоже. Не понимаю…
И тут же стал прежним. Спокойно — холодным, собранным:
— Идём. Столик ждёт.
Девушка словно очнулась от оцепенения. Вздрогнула, беспомощно залепетав: