— Слушаю вас, госпожа.
— Вот так сразу? Даже не предложите даме попить или перекусить?
— Вы голодны? Могли спросить у кибера.
Та поджала на мгновение губки, но сдержалась.
— Меня послали, чтобы попросить вас предоставить на завтра помещение для тренировки кадетов. Желательно, что‑нибудь вроде ангарного помещения.
Мужчина кивнул.
— Хорошо. Какие‑то особые требования? Усиленная или уменьшенная гравитация? Повышенное содержание кислорода в атмосфере? Полоса препятствий? Мишенное поле?
Дама растерялась – о таком она даже не подумала. Собственно говоря, она и пришла не за этим, а чтобы проверить кое–какие методики, о которых узнала недавно. И все её намерения разбиваются, ещё не начав воплощаться в жизнь…
— Если никаких особых требований нет, то вам будет предоставлен ангар на третьей палубе в любое необходимое время. Дополнительно выделю двух киберов–медиков на всякий случай.
Пауза.
— Что‑то ещё?
Любезно осведомился он. И, не давая ответить, тут же добавил:
— Тогда не смею вас задерживать, госпожа.
Двери апартаментов, повинуясь приказу искина раскрылись, в проходе замаячили два кибера–солдата. Женщина встала, беспомощно оглянулась по сторонам, но молча вышла из помещения. Дождавшись, пока двери за ней закроются, оба Влада рассмеялись, но тут же затихли.
— Что‑то последнее время мы слишком часто смеёмся. Не к добру.
— Не к добру.
Согласился Второй.
— Но обломил ты её здорово. Заметил?
— Сразу же. Нам эти методики ещё в учебке показывали.
— Да. Дичь ты среди местной – всем прочим дичь. Что сёмга по сравнению с килькой.
— Угу. Думаешь, хотела соблазнить?
— А что ещё? Соблазнить, влюбить, потом вертеть, как куклой. Орден этот – что твои масоны. Государство в государстве. Своя армия, полиция, финансы, идеология. Вертят республикой, как хотят…
Совсем по–человечески Второй вздохнул.
— Может, и зря мы вмешались?
— Брось. Они же дети. А это – святое. Сам знаешь.
— Да. Ты прав. Но не будь этих детей, я бы удержал тебя от этого дела.
— Может быть. Может быть.
Первый неопределённо покрутил рукой в воздухе… Затем первый вздохнул:
— Как там детишки, угомонились?
— Практически все. Сам понимаешь…
— Угу.
— Ну и мне спать пора…
С этими словами человек встал со своего дивана и отправился в спальню…
…Вопреки ожиданиям, обошлось без провокаций и попыток захвата станции. Да и то – какой смысл пытаться что‑то сделать, если корабль, невиданная по местным меркам громадина, к тому же ощетинившаяся стволами бесчисленных орудий, окутанная маревом защитного экрана. Дети выбегали один за другим, попадая в руки взрослых, косящихся на белоснежное чудовище с затаённым страхом. Последними вышли взрослые, впрочем, госпожа Зайс сердито кусала губы, а старший среди уцелевших и освобождённых воспитателей что‑то ей выговаривал в пол голоса. Влад на миг появился в воротах, через которые выходили детишки, и собравшаяся толпа буквально ломанулась к нему, застряв в сразу усилившемся экране. Выделялись вездесущие репортёры, которых виконт возненавидел ещё в Содружестве за свою беспардонность, самомнение и бесцеремонность. Как только последний гражданин Республики покинул борт станции, Второй сразу поднял огромное сооружение в воздух на антигравах, чтобы не повредить людям и строениям, и только удалившись от поверхности планеты на пару километров, осторожно стартовал. Впрочем, Орден всё‑таки попытался сделать попытку захвата…
Едва станция в виде Разрушителя вышла на высокую орбиту, как Второй доложил:
— Фиксирую множественные отметки кораблей Республики. Пятьдесят… Шестьдесят два… Сто четыре. Выходят из гиперпространства.