Дух доставил его в маленькую бухточку, густо заросшую можжевельником. Гилас здесь не бывал, но похоже, место укромное. Врагов не видно. Мальчик подумал о Кратосе, Теламоне и кинжале. Казалось, все это произошло с кем-то другим.
Дух робко ткнулся носом ему в ноги. Должно быть, просит прощения. «Извини. Не знал, что ты не можешь плавать под водой, как я».
Гилас поднапрягся и ткнул его ногой в ответ. Он хотел сказать, что все понимает и тоже хочет извиниться. «Уж прости, но я не ты, под водой мне делать нечего».
Но не успел и рта раскрыть, а дельфин уже уплыл.
«Покойся с миром, Гилас», – мысленно произнес Теламон и бросил ветку черного тополя в погребальный костер Кратоса.
Можно ли притвориться, что горюешь по дяде, когда на самом деле оплакиваешь друга? Или боги все равно услышат твои мысли?
Пока они с девчонкой не нашли на берегу окровавленный кусок туники, Теламон все надеялся, что Гилас жив. Даже потом мысль о его гибели не укладывалась в голове. Неужели товарищ вправду мертв и никогда не вернется?
Костер потрескивал и выстреливал снопы искр. Огонь быстро поглощал облитый маслом хворост и скоро добрался до тела Кратоса.
После вчерашнего ливня небо прояснилось, а Море едва колыхалось, будто вместо воды в бухту налили молока. Теламон стоял и, жмурясь, глядел на Солнце. Едкий запах горелой плоти сдавил горло. Теламон отвернулся и стал смотреть, как едва заметные волны печально накатывают на гальку. Представил, как тело Гиласа лежит где-то там, на дне. Некому совершить ритуалы, чтобы проводить его дух в мир иной.
Зачерпнув пригоршню горячей сажи, Теламон растер ее по лицу. Кожу защипало, но так ему и надо. Он заслуживает наказания. Все эти несчастья произошли по его вине. Не договорись Теламон встретиться с Гиласом у затонувшего корабля, Кратос остался бы жив. Да и его друг тоже.
Воины стояли в стороне и глядели на мальчика по-новому, с уважением. Они видели, как он вытащил кинжал Короносов из окоченевших пальцев Кратоса. Видели, как натер лицо сажей. Мальчик все делает правильно. Так и должно быть: молодой племянник принимает на себя обязанности погибшего дяди.
Теламону бы гордиться собой. Вернул кинжал – ценнейшее наследие дома Короносов. А вместо этого со стыда сквозь землю готов провалиться. Но еще тяжелее оттого, что до возвращения в Ликонию он будет за главного – так уж положено. Теламон понимал: ему такая ответственность не по плечу. Да и воины наверняка того же мнения. Чтобы мальчишка тринадцати лет – и отдавал приказы опытным бойцам вдвое старше?
Вчера Иларкос, правая рука дяди, спросил у Теламона, как поступить: сжечь тело в соответствии с ритуалами, которых придерживался Кратос, или доставить в Ликонию и по традиции похоронить во Дворце Предков? Теламон не нашелся с ответом. Он не хотел устраивать погребальный костер, да и вообще терпеть не мог дядины ритуалы, но не решался сказать об этом в открытую. В конце концов Иларкос принял решение за него.
– Стало быть, теперь ты у нас герой, – раздался за спиной насмешливый голос.
Теламон ощетинился.
Кефтийка вся взъерошенная – ни дать ни взять неоперившийся птенец ястреба. А до чего грязна! Ее мать послала на розыски дочери египетского раба, и он приплыл на остров вместе с отрядом Кратоса. Девчонка при виде раба едва от восторга не лопнула, но, когда он предложил ей чистую тунику, переодеваться отказалась. Да еще стянула волосы в узел на затылке, будто нарочно выставляла напоказ щеку со шрамом в форме полумесяца.
– Отвяжись, – прорычал сын вождя.
– Радуешься? – наигранно дружелюбным тоном поинтересовалась Пирра. – Еще бы: и драгоценный кинжал добыл, и от Гиласа избавился. Сколько поводов для гордости!
– Радуюсь?! Для гордости?!
Теламон огляделся, проверяя, не слушает ли кто.
– Гилас – мой лучший друг!
Горящий помост обвалился. В небо взлетел сноп искр.
Девочка недоверчиво прищурилась.
– Знаешь, что твоя родня спалила целую долину?
– Заткнись!
– Я отправила своего раба посмотреть, как там дела. Говорит, уже пробивается новая трава. Скоро следов пожара не останется, будто Вороны и не приносили никакой жертвы.
Теламон отошел в сторону, но, к его досаде, девчонка потащилась следом.
– Что со мной будет? – спросила она.
– Доставим обратно в Ликонию, к матери, – буркнул Теламон. – Пускай она с тобой разбирается.
– А как же…
– А никак! Сговорились они с моим отцом или нет, в жены тебя не возьму.
Теламон перевел взгляд на ее шрам.
– Мне уродина не нужна.
Девчонка невесело рассмеялась:
– Должно же мне хоть в чем-то повезти.