— Понимаю… — повторил Джо, стараясь не думать об услышанном.
— Хорошо. — Эрдман откинулась на спинку кресла и посмотрела на мужчину: — Дашь нам поговорить наедине?
Маре кивнул и молча вышел.
Джо сцепил руки в замок и положил их на колени, стараясь не смотреть в глаза профессора Эрдман и не обращать внимания на закрывшуюся дверь. Личные разговоры никогда ему не нравились, а в последнее время тем более не приносили ничего хорошего. Поэтому Джо сбило с толку, когда профессор просто спросила, как у него дела и как он себя чувствует.
Ответа на ум не приходило. Джо хотел было сказать, что всё нормально, но даже в его голове это звучало неубедительно. Тогда Эрдман тяжело вздохнула и продолжила:
— Все видят, как ты стараешься учиться, Джо. И, скажу прямо, вполне успешно. Учитывая, что ты поступил в училище только в этом году, а уже держишься наравне с остальными… Это похвально, — профессор оперла голову о кулак и устало склонила голову набок. — Но ты слишком многого от себя требуешь, — Эрдман внимательно наблюдала, как юноша, снова не найдясь, что ответить, просто пожал плечами. Она с трудом сдержала тяжёлый вздох и всё же продолжила: — Я бы не советовала тебе оставлять разрезы ещё и на правой руке. Тебе вполне достаточно тех, что есть.
Джо замер, сдвинув брови. Собравшись с мыслями, он спросил:
— Вам Фелис рассказала?
— Твоя сестра, — на лице профессора появился задумчивый интерес. — Кэрол гораздо сообразительнее, чем тебе может казаться. Она очень многое замечает, но молчит. Тебе нужно привыкнуть, что она уже выросла.
На это Джо лишь оставалось покачать головой. В последнее время ему и так казалось, что он не поспевает за всем происходящим вокруг. Теперь он с ужасом думал, что пропустил, как повзрослела Кэрол. Джо не заметил, как уставился на свои сцепленные пальцы.
— Но с правой рукой я смогу лучше пользоваться способностью, — упрямо повторил он скорее самому себе, нежели профессору.
На что Эрдман оставалось лишь понимающе кивнуть. Хоть в голове у женщины копошилось множество мыслей, она старалась сохранять внешнее спокойствие и не обращать внимания ни на нервные подергивания ноги юноши, ни на его дрожащие руки, ни на его бесцельно блуждающий по комнате взгляд.
— Хочешь узнать, — медленно протянула Эрдман, — как проявилась моя способность? — Юноша неуверенно кивнул, и профессор продолжила: — Мать обнаружила меня в раскалённой печи. Хорошо, ей хватило ума вывести всех из дома до того, как он разлетелся на кирпичики. С тех пор меня постоянно тянет к теплу, и каждый раз, когда я использую огонь, самое тяжёлое для меня — заставить себя остыть. Так устроены способности: они дают тебе силы, но обязательно требуют что-то взамен, — профессор коротко заглянула в красноватые глаза напротив. — У таких, как ты с Кэрол, может быть предрасположенность к нанесению себе вреда. У тебя и так много шрамов, я бы посоветовала тебе избегать такого.
— Но… — Джо подался вперёд, но профессор выставила ладонь, призывая не перебивать.
— Кэрол наблюдает, как ты учишься, и тоже хочет использовать способность. Танде приходится следить за Кэрол в течение дня, чтобы той не вздумалось экспериментировать самостоятельно, и каждый вечер проверять комнату на наличие острых предметов. У твоей сестры просыпается желание использовать способность. Сейчас нужно быть предельно осторожным…
Жёлтые глаза, похожие на два горящих угля уставились на юношу, словно вокруг больше ничего не имело значения. Джо оставалось лишь молча кивнуть в ответ. Даже когда Джо покинул кабинет и дошёл до комнаты, они, казалось, всё ещё преследовали его.
«Так устроены способности: они дают тебе силы, но обязательно требуют что-то взамен».
А что способность забрала у Джо?
Он спрятался в ванной и стянул митенки, готовясь умыться. На глаза тут же попали три тонкие полоски шрамов на левой ладони.
Как они появились у Джо?
Раны были аккуратными, словно их нанесли чем-то острым и с точным знанием, как и зачем. Джо поспешно стянул рубашку, а затем и корсет, заставив себя посмотреть на шрамы на теле.
Они сильно отличались от тех, что были на ладони. Уродливые, кривые, с рваными краями. Некоторые пересекались, и там рубцы бугрились, а тонкая кожица натягивалась, удерживаемая лишь тонкими прочными нитями, которыми были прошиты все шрамы. Один шрам доходил до самой ключицы, и Джо испуганно коснулся его кончиками пальцев. Он и забыл, что он так близко к шее…
И снова Джо уставился на ладонь. Как же он получил эти шрамы?