Так как Рона не было, а Фелис и Сэм тренировались во временных петлях, из которых окружающие видели только события, произошедшие в последней, со стороны выглядело так, будто учились только Джо и Эйден. Вторая парочка довольно быстро уходила, а профессор Конрад оставался наблюдать за остальными издалека.
Мужчина с сигаретой в зубах вызывал неоднозначные чувства. С одной стороны, их первый разговор произвёл на Джо приятное впечатление, и Конрад явно был расположен к новому ученику. С другой стороны, Джо никак не мог забыть, как ему вырубили способность… Было очень похоже на то время, когда ему надели браслет при аресте, только ещё хуже. Точно у него отрубили что-то, что невозможно было увидеть. Но ощущение было слишком ярким, головокружение и тошнота не проходили ещё сутки, хотя способность вернулась очень быстро.
После того случая Джо впервые задумался, отчего же ученики так опасаются профессора и за его спиной называют его «Рубильником», каждый раз морщась и фыркая. Конрад, казалось, обо всём догадывался, но оставался холоден абсолютно ко всему. Да и занятия он проводил так, точно его вынудили. Эйден как-то обмолвился, что, вероятно, именно так оно и было — у людей со способностями крайне непростая жизнь, и выбор у них небольшой. Или ты приносишь пользу обществу, или ты постоянно под присмотром и подозрением.
После занятий вымотанный и уставший Джо медленно плелся обратно в корпус, выслушивая жалобы Эйдена о том, что тот не может управиться с водой. На первом этаже к ним подошла вахтёрша и всучила Джо очередных два письма. Тот мельком глянул на подписанный Изабеллой конверт и, тяжело вздохнув, тут же посмотрел на второй.
На нём не было указано, от кого письмо. Лишь фамилия и имя Джо. Конверт был толстым, в нём явно что-то лежало. И это что-то не было похоже на стопку бумажек.
Джо сунул письмо от Изабеллы в карман и, небрежно вскрыв второе, заглянул внутрь. Краем глаза он заметил тёмную поношенную ткань, покрытую давней грязью, и тут же закрыл конверт. По спине пробежал холодок. Хоть Джо и не успел толком разглядеть содержимое, он был почти уверен, что именно там лежит. И Джо совершенно не хотелось думать о том, откуда это там взялось и от кого пришло неподписанное письмо.
— Всё в порядке? — Эйден положил руку на плечо, и Джо только в этот момент осознал, что застыл посреди коридора.
— Мне нужно к профессору Эрдман, — небрежно бросил Джо и повёл плечом, смахивая дружеское прикосновение. — Я тебя догоню.
И, не дожидаясь ответа, Джо развернулся и пошёл в другую сторону. Весь первый этаж Джо преодолел как во сне. Скорее машинально он подошёл к нужной двери и постучал.
Было тяжело дышать, на шее Джо словно снова затягивали верёвку. Шрамы зудели, а в ушах стучала кровь. Наверное, из-за этого стука он прослушал ответ профессора и лишь со второго раза разобрал слово «войдите».
Кабинет профессора Эрдман мало отличался от директорского. Разве что он был чуть меньше. Профессор сидела за столом и что-то писала. Её красные волосы по обыкновению были собраны в пучок, и лишь пара коротких прядей были убраны за уши, закручиваясь у мочек ушей. Она бросила на вошедшего короткий взгляд поверх очков и, не отвлекаясь от работы, кивнула.
Широкими шагами Джо подошёл и молча положил конверт на стол. Он так и не нашёлся, что сказать, поэтому просто наблюдал, как в полной тишине Эрдман потянулась к нему, как заглянула внутрь и посмотрела на Джо.
— Это твоя?
— Да.
Эрдман снова глянула в конверт, затем осмотрела его снаружи и, не найдя адрес отправителя, недовольно покачала головой.
— И тебе передала его вахтёрша?
— Да.
И снова короткий кивок. Эрдман, так и не вытащив содержимое, положила конверт рядом, сложила руки в замок и внимательно посмотрела на не помнящего себя от нахлынувших чувств Джо.
— Я разберусь, — твёрдо проговорила женщина так, что у Джо не осталось сомнений, что именно это она и сделает. — Иди в комнату, постарайся об этом не думать. В училище тебя всё равно никто не тронет.
Джо неуверенно кивнул и, не проронив ни слова, развернулся и пошёл прочь. Сейчас ему хотелось лишь завалиться в кровать, накрыться с головой одеялом и забыть обо всем.
Стоило двери закрыться, как Эрдман снова потянулась к конверту и на этот раз достала содержимое. Она мельком рассмотрела грязную митенку, очень похожую на ту, в которых постоянно ходил Джо, и отложила её в сторону. Больший интерес у неё вызвала вложенная фотография, которую, она надеялась, Джо не увидел.
На фото была изображена крохотная заброшенная комната с пустыми оконными рамами и повешенный человек. В кадр попала только нижняя часть его тела. Зато прекрасно была видна брошенная на пол испачканная в крови рубашка, пыльное мятое пальто и две тёмные поношенные митенки. Эрдман перевела взгляд на лежавшую на столе митенку, затем на фото и убедилась, что это одна и та же вещь. Она тяжело вздохнула, отложила фото, сняла очки и устало потёрла веки. Ещё ни разу на её памяти в училище не присылали письма с угрозами. Казалось, покровительство короля мира Джерома и всего Высшего Совета и присутствие здесь могущественных профессоров должно было отбить всякое желание как-то связываться с ними. Но, видимо, кому-то все нипочём.