Всё это время Кэрол молча осматривала такое знакомое, но всё ещё неизученное помещение. Джо специально расставил на нижних полках деревянные фигурки, болванки для выделки башмаков, разложил обрезки выделанной кожи. Когда сестра слишком активно начала жевать найденную полоску кожи, Джо подсунул ей заготовленные сухарики, и девочка потратила полчаса, чтобы уничтожить их все.
У Джо с сестрой было немного вещей, и все они могли уместиться в один мешок, но с утра Джо не осмелился собраться — Мэнэми могла заподозрить что-то раньше времени. А женщина вела себя в последнее время слишком тихо, и Джо переживал, что та могла что-то подозревать. Зато Джо прихватил с собой побольше еды — он давно догадывался, что Байрон питается так себе. Он сварил кашу для Кэрол, а им с Байроном приготовил тонкие кусочки мяса и картошку. И когда уже в пятом часу наконец-то вернулся хозяин дома, у Джо было уже всё готово и совершенно не осталось сил. И всё же он вскочил и побежал встречать Байрона, на ходу оттащив Кэрол от ящика с уже начищенными ею ботинками.
— Удалось?
— А ты как думаешь? — и Байрон достал из внутреннего кармана пиджака сложенную вдвое бумагу.
Джо выхватил листок так яростно, что Байрон испугался, как бы тот её не порвал. Но бумага осталась целой, а мальчик оказался на седьмом небе от счастья.
— Я тогда сбегаю за вещами! — крикнул Джо и уже было рванул на выход, но Байрон в последний момент ухватил его за воротник.
— Куда ты так спешишь? — Байрон принюхался и недоверчиво покосился сначала на кухню, потом на Джо. — Ты что, готовил?
— А, да, — Джо ударил себя по лбу, так и не выпуская листка бумаги из рук. — Я ждал тебя раньше, поэтому всё остыло…
— Джо, ты же знаешь, тебе необязательно так приглядывать за домом, — пробурчал смущённый сапожник.
— Ну, мне всё равно нужно было покормить Кэрол, так что… — Джо беззаботно пожал плечами и наконец-то вернул бумагу своему опекуну. — Тогда давай поедим, и я сбегаю за вещами.
Они пошли на кухню, где был накрыт полотенцами уже остывший обед. Джо забрался на стул и посадил Кэрол себе на колени, и та без зазрения совести полезла руками в его тарелку.
— Байрон, — заговорил Джо, когда в тарелках уже ничего не осталось, — можно я оставлю Кэрол с тобой? Я постараюсь быстренько, она поела, так что должна сидеть тихо…
— Конечно, — Байрон улыбнулся. — Мне не сложно. Пусть побегает.
— Только не трогай её, — строго проговорил Джо с недетской серьёзностью. — И если вдруг она поранится, пожалуйста, не трогай. Дождись меня.
— Это как-то, не знаю… — Байрон замялся и с беспокойством глянул на внимательно изучающую его девочку с красивыми глазками. — Неправильно. Как я могу так бросить ребёнка?
— Будет ещё грустнее, если она случайно тебя убьёт, — Джо нахмурился ещё сильнее. — Мне бы не хотелось, чтобы близкий мне человек умер из-за способности моей сестры. Хватит с меня потрясений. Так что, пожалуйста, пообещай, что не будешь её трогать.
— Хорошо, — Байрон тяжело выдохнул и с грустью глянул на пустую тарелку.
— Я быстро, правда.
Джо поставил сестру на пол, схватил свою тарелку и уже потянулся за тарелкой Байрона, но тот покачал головой и настоял на том, что на кухне уберется он сам. Тогда Джо напоследок поцеловал сестру в макушку, дал ей деревянные колодки, что раньше никогда не попадали в руки малышки, и выскользнул на улицу, пока Кэрол отвлеклась.
Ещё ни разу Джо не оставлял сестру вот так. Он был рядом с ней с самого её рождения, с того самого дня, когда родители были готовы отказаться от Кэрол, и Джо пришлось взять заботу о сестре на себя. Родители очень боялись умереть, а Джо очень боялся, что в этом мире у него не останется дорогих ему. Но вот, их родители мертвы, а жизнь Джо, кажется, налаживается.
Да, когда он только попал в этот мир, ему приходилось оставлять её у прилавков добросердечным дамам, но сам он всегда находился рядом и держал сестру в поле зрения. Единственный раз, когда он оставил сестру совсем одну, это когда он, на грани голодной смерти, отправился искать им с сестрой хлеб. Тогда Мэнэми спасла их, и теперь Джо шёл к ней, чтобы окончательно попрощаться.
Лишь бы она его отпустила…
Ещё было не слишком поздно, но солнце в городе садилось рано, прячась за густым дымом и за крышами высоких домов. Дорога от сапожной мастерской до квартиры Мэнэми ни разу не казалась Джо такой долгой. Казалось, он шёл туда весь вечер.