Двое профессоров бесшумно пересекли пустующие ночные коридоры, спустились на первый этаж и вышли на главное крыльцо. Здесь, как надеялась Эрдман, ученики не должны были увидеть, как она курит. И хоть этот свой порок она не скрывала, но лишний раз демонстрировать слабость тоже не хотела.
— Может, прогуляемся за воротами? — Конрад оглядел окна, которые ещё горели тёплым светом, и нависший над ними чёрной тенью козырёк.
— Здесь меня вполне устраивает, — возразила Эрдман и выжидающе протянула ладонь.
Лишь после того, как они оба закурили, Конрад осмелился заговорить:
— А что это только что было?
— Ай, — устало отмахнулась Эрдман. — Хенсток опять завёл свою шарманку про мои полномочия. Я думала, что ваше присутствие его немного взбодрит и переключит на другую тему. Но этого хватило ненадолго… — Она посмотрела на кончик сигареты, потом на уставшего мужчину и, смягчившись, протянула: — Извините, что вот так вот выдернула вас. Но в присутствии других Хенсток пытается выглядеть рассудительнее.
— И как, моё присутствие помогло? — вяло спросил Конрад, хотя на самом деле не шибко-то интересовался этим.
— Не особо, — Эрдман посмотрела на возвышающийся вдали кирпичный забор и, постукивая пальцем по локтю, погрузилась в размышления. — В этом году Хенсток как никогда на взводе. В преддверии экзамена по практике и подготовке достойных кандидатов. Он боится, что что-то может пойти не так, и идея с таким прогрессивным обучением детей со способностями провалится.
Профессор взяла паузу и, слегка прищурившись, затянулась. Конрад прокрутил в голове услышанное и, уставившись куда-то в темноту, спросил:
— Директор волнуется, что Джозеф завалит практику?
— Директор волнуется, что Джозеф сорвётся и кого-нибудь зарежет, — Эрдман возмущённо покачала головой. — Вы не представляете, сколько труда мне составило убедить директора подселить Джо в комнату к Эйдену.
— Можно понять его опасения…
— Конечно, можно, — Эрдман затушила окурок и, не глядя, протянула его Конраду. — Но запирать ученика ото всех — не самый удачный способ привести его ментальное состояние в порядок. А мы с вами прекрасно знаем, что залог эффективного контроля способности — здравый рассудок и крепкие нервы. К тому же Джозеф ведь не зарезал никого за всю свою жизнь, с чего бы ему делать это сейчас?
Конрад рассеянно взял окурок и машинально полез в карман за пачкой сигарет.
— Сейчас что-то может пойти не так…
Почему-то Конрад продолжал настаивать на своём, хотя даже мысль о том, что он находится на стороне директора, была ему неприятна.
— Изначально я хотела, чтобы Джозефа поселили в комнату с Рональдом, но тот отказался, — Эрдман тяжело вздохнула. — В итоге даже лучше, что согласился Эйден. Мальчики нашли общий язык. А с Эйденом мы обговаривали все риски. Так что он согласился на это осознанно.
— Вы что, — Конрад покосился на профессора, — обговариваете с учениками такое?
— А вы хотите, чтобы они оставались в неведении?
— Ну…
Эрдман усмехнулась, заметив замешательство на лице Конрада, и тот смутился ещё сильнее. Она похлопала мужчину по плечу и пояснила:
— Не переживайте, я бы не стала подвергать учеников такому риску. Профессор Маре создал пустое пространство между кроватями Эйдена и Джозефа. Если во сне юноша случайно запустит способность, то его кровавые лезвия попадут в «карман», не добравшись до Эйдена.
На несколько секунд Конрад застыл, держа в одной руке окурок, в другой — пачку, и зажав в зубах сигарету.
— Мануэль и такое умеет? — не веря своим ушам, спросил Конрад.
— И не только, — довольно усмехнулась Эрдман. — Вы даже не представляете, какой здесь в училище кладезь способностей, — они хитро улыбнулась. — Особенно у профессоров.
— И у меня?
Эрдман посмотрела на Конрада, как на идиота, и тот почувствовал себя примерно так же.
— Я в поиске вас половину мира Смоук оббегала, — Эрдман усмехнулась. — Как вы считаете, поступила бы я так, если бы вы того не стоили?
Конрад пожал плечами, опустил взгляд, уставился на свои руки и наконец-таки убрал окурок в пачку, а ту — себе в карман.
— А как вас нашли? — Конрад покосился на красноволосую женщину.
— Это было несложно, — Эрдман закатила глаза. — Я устроила такой переполох в столице Смоук, что меня любезно попросили покинуть мир.
— Вы жили в мире Смоук?
— Я там выросла. И работала. — На несколько секунд Эрдман задумалась, увязнув в давних воспоминаниях. Но заметив непонимающий взгляд, она улыбнулась и спросила: — Что вас так удивляет?