— Непривычно обсуждать такие вещи, — сказал Дакат. — Но я бы не хотел, чтобы всё действительно произошло именно так.
— Никто не говорил, что всё будет именно так, — пожала плечами Комура. — Но, если что-то случится, тебе будет на кого положиться.
Дакат набрал воздух в лёгкие и хотел было что-то ответить, но смог лишь покорно кивнуть. Ему тяжело было признаться себе, что ему не хватало этого: чьей-то поддержки. Жаль, что он смог найти её так поздно.
Комура продолжила:
— Я вернусь с тобой в мир Янь, когда тебя отпустят. Думаю, всё продлится не дольше недели.
— Ничего, я не тороплюсь, — отмахнулся Дакат. — Здесь не так уж и плохо, когда меня никто не беспокоит. Может, я бы что-нибудь почитал…
— Я принесу тебе пару книг завтра, — Комура вопросительно наклонила голову на бок и улыбнулась. — Предпочтения?
— На твой вкус.
Дакат с трудом сдержал ответную улыбку и, потянувшись к дверной ручке, пожелал доброй ночи. Комура кивнула, попрощалась и направилась к лестнице. Дакат бросил короткий взгляд на неё, прокручивая только что услышанное.
— Комура! — позвал Дакат, сам не понимая, зачем. Девушка застыла около лестницы, обернулась и посмотрела на юношу зеленоватыми, точно изумрудное море, глазами. Дакат тяжело вздохнул и, собравшись с силами, произнёс: — Будь осторожна.
— Ты тоже.
Комура кивнула, улыбнулась, выключила свет и, не проронив больше ни слова, ушла.
Глава 33. Разящая леди
Мир Джерома, 20.11.1105 год (в день визита учеников в город Даэрум)
На улице стоял неимоверный для ранней осени мороз, но Мэнэми всё равно была одета легко. Обилие одежды сковывало движения, а подвижность была залогом её успеха. Единственное, что оставалось на ней неизменным: длинный шарф, в котором она прятала лицо, и плотные перчатки, чтобы было удобно забираться на крыши.
Крыша, которую выбрала Мэнэми, была самой удачной: с края ската можно было даже заглянуть в окна. Правда, с такого расстояния Джо было невозможно разглядеть. Но Мэнэми терпеливо ждала. Ждала много лет, сможет вытерпеть и этот вечер.
Улицы уже почти опустели. Лишь какой-то упрямый мужчина продолжал сидеть на скамейке около паба. Мэнэми искренне надеялась, что он ничего не испортит. А учитывая, что он находился в этом пабе чуть ли не с утра… Вероятно, он был очень пьян, а значит, беспомощен.
Вот дверь паба приоткрылась, и на улицу вышел Джо. Без шапки, с растрёпанными волосами с отросшими белыми корнями. Мэнэми уставилась на него, затаив дыхание. Она едва прикрыла глаза, пытаясь вытащить из памяти ещё маленького Джо, которого она нашла, с белой, как снег, шевелюрой.
Боясь потерять Джо из вида надолго, Мэнэми поспешила открыть глаза. Она гневно подалась вперёд, заметив, как мужчина на скамейке заговорил с юношей. Мэнэми была готова свернуть ему шею, задушить, зарезать… Она видела, как с каждым словом тает уверенность Джо, как он всё реже косится в сторону места их встречи, и как чаще — на дверь паба.
Вот Джо развернулся и вернулся в здание, а Мэнэми от злости зашипела.
Глупо было думать, что всё пройдёт гладко. Но надежда — штука тонкая и хрупкая.
Мэнэми заставила себя остаться на крыше. Джо всё ещё был в здании, а у Мэнэми всё ещё был запасной план.
Глубоко дыша, она успокаивала злость и нетерпение. Ждать, природа создала её для того, чтобы она ждала… И она всегда дожидается желаемого, всегда добивается своего…
Пьяный у паба больше не интересовал Мэнэми, она во все глаза уставилась в окна, надеясь уловить знакомый силуэт. Ни мужчина, ни подошедшая к нему женщина с просьбой прикурить не интересовали Мэнэми, она вся была в охоте, точно замерший в засаде хищник.
Вот мужчина ушёл в паб, и Мэнэми оставалось лишь дождаться, когда прохожая докурит и пойдёт своей дорогой. Можно было выдохнуть, но тут Мэнэми заметила поднятую руку незнакомки с наведёнными на неё двумя пальцами и отблеск жёлтых глаз.
В ужасе Мэнэми бросилась назад, на мгновение забыв и про жуткий холод, и про Джо, и про засаду. Стоило ей отскочить на пару метров от края крыши, как на том месте, где она только что сидела, раздался взрыв, вспыхнув огненным столбом, и отбросил Мэнэми назад.
Как только Мэнэми пришла в себя, она вскочила ровно в тот момент, когда из неутихающего столба пламени вышел женский силуэт, одной рукой срывая с себя горящий шарф, а в другой держась за странный меч с длинной рукоятью и широким лезвием. Короткий взмах, и меч раскрылся в длинное копьё. Мэнэми рванула прочь с крыши, а на месте, где она только что лежала, вонзилось пылающее жаром остриё.