Мэнэми замерла, глаза непонимающе расширились. Конрад оскалился в ответ:
— Теперь у меня больше шансов на первое место, да?
Её рёв перешёл в животный вой. Мэнэми смерила Конрада самым ненавидящим взглядом, на который была способна, схватила его за голову, со всей силы ударила о землю, и Конрад потерял сознание.
Глава 35. После разгрома
Мир Джерома, 20.11.1105 год (тот же день)
Над раскалённым городом сгустились тяжёлые тучи, пролившиеся редкими каплями, которые постепенно переросли в настоящий ливень. Но даже хлынувшие потоки не могли усмирить адское пламя, вызванное Разящей Леди — лишь её воля заставляла огонь утихать. И он подчинился. Постепенно огонь успокаивался, пламя угасало, воздух остывал.
Разгорячённый город, казалось, был готов перевести дыхание. Прохладный ветерок зашелестел по улицам, дождевые капли с шипением ложились на раскалённые камни... Но внезапно тишину разрезал резкий стук каблуков по брусчатке. Ветер замер, первые капли на раскалённых камнях высохли, а оплавленные стены домов тревожно задрожали.
Эрдман медленно шла по улице, осматриваясь по сторонам и пытаясь найти останки своего противника.
Она была готова к тому, что преступница не сдастся просто так, что у той будет какой-то козырь в рукаве. Но Эрдман и представить не могла масштабы этого «козыря». Само существование человека с подобной масштабной способностью уже наводило ужас, а тот факт, что всё это время о нём ничего не было слышно, и что Мэнэми так просто воспользовалась им в своих личных целях, наводил на мысль, что здесь были замешаны куда более серьёзные силы, нежели одна сумасшедшая.
Эрдман слышала только звук бегущей по её жилам горячей крови и треск горячего воздуха, картинка перед глазами расплывалась, окрашивалась в красные и жёлтые тона. Как и в бою, ей приходилось ориентироваться по смутным теням и нечётким силуэтам.
Сбоку между домов что-то зашевелилось, и Эрдман замерла, пытаясь разглядеть источник движения. Она уже натыкалась пару раз на Конрада и теперь боялась перепутать его с противником. Хотя здесь, в самом эпицентре сражения, Эрдман вряд ли бы встретила Конрада. По крайней мере, живого.
Она встряхнула головой, отгоняя мрачные мысли, и пристально вгляделась в переулок.
Эрдман вынуждена была наблюдать издалека — её тело всё ещё излучало опасный жар. Сдерживать бушующее внутри пламя и одновременно анализировать окружение требовало нечеловеческих усилий. Сквозь мерцающие красные и жёлтые пятна в её зрении проступили очертания: обнажённая спина и белые волосы.
В тёмном переулке, прижавшись к стене, сидел совершенно голый мужчина. Он судорожно сжимал пряди волос, бормоча что-то невнятное. В своём текущем состоянии Эрдман не могла разобрать слов — чем сильнее раскалялось её тело, тем больше притуплялись чувства. Мир расплывался, звуки глушились гулом в ушах.
Вот мужчина поднял взгляд и уставился на стоявшую поодаль женщину. Она всё ещё светилась, её волосы растрепались и, едва шевелясь от жаркого воздуха, сползали по плечам и спине. Могло показаться, что женщина абсолютно голая, но металлические туфли на каблуках остались на ней, а торс, плечи и ноги опоясывали светящиеся белые полоски какого-то металла. Она замерла, повернув голову в его сторону, будто ожидая действий.
Мужчина продолжал бубнить себе под нос: «Не справился. Подвёл». Отведя взгляд, он словно забыл о наблюдателе, начав беспорядочно шарить руками по земле. Огненная женщина его больше не интересовала. Мысли крутились вокруг одного: задание, провал, невозможность выполнить обещание. У него не осталось ни сил, ни ресурсов продолжать. Вся вода испарилась, воздух высох, вытягивая из мужчины последние капли влаги. Даже дождь и тот не долетал до него. Воды не хватало даже на слёзы.
Всё существо мужчины кричало о безысходности. Если он не может выполнить просьбу... Оставался лишь один выход. Он осознавал это всем свои существом.
Эрдман метнула взгляд по сторонам, запоминая местность. Подойти ближе значило убить его. Но и просто задерживаться рядом было опасно: когда Эрдман начнёт остывать, выброс тепла станет смертельным. Оставалось надеяться, что, вернувшись после охлаждения, она застанет его здесь.
Резко дёрнувшийся мужчина привлёк внимание Эрдман. Она долго не могла понять, что тот делает, пока не осознала: он буквально бился головой о землю и о стену. Он кричал так громко, что его вопли даже можно было различить сквозь шум в ушах. Эрдман подавила желание рвануть к нему и остановить это безумие, но она могла лишь стоять в стороне и наблюдать, как мужчина разбивает себе голову.