— Ну, Ангила, или как там его.
— Долгая история… — задумалась она. — Это было несколько лет назад. В городе я состояла в банде беспризорников, — мы воровали еду, крали кошельки, просто веселились. Но в один день рядом с местом кражи проходил патруль городской стражи, потому нас поймали, и я принялась уговаривать их нас отпустить — у меня всегда такое получалось, — но в тот день, в момент моего разговора, в городе случился взрыв — несколько пороховых бочек, которые заложили шпионы Погланы. Этот взрыв уничтожил городские ворота, а городская стража бросила нас и убежала к месту взрыва. Через некоторое время мы узнали, что на нас идет войско… Все готовились к осаде, но понимали, что без ворот город не защитить — всех просто перебьют, — поэтому мы побросали свои вещи и убежали оттуда. Сначала с нами бежали и солдаты, но вскоре они ушли вперед, а мы, самые обычные люди, шагали без защиты. Несколько раз нас грабили, девушек насиловали, но мне удавалось прятаться или врать им, что я больна, и меня не трогали. Так продолжалось какое-то время, но в один из дождливых дней моих родителей подкосила болезнь, преследовавшая всех нас от самого города. Они умерли через пару суток… Я… я просто побежала, куда несли ноги, скиталась по лесам и полям, ела то, что удавалось словить или утащить у зверей, я выживала, не зная, зачем я это делаю. Ничего не имело смысла… А однажды я выследила оленя и хотела убить его копьем, которое сделала из палки — глупость какая, я бы даже не пробила его шкуру этим копьецом, — но в момент, когда я уже хотела выбежать на него из кустов, точная стрела пронзила глаз оленя и вошла глубоко в череп. Он почти не мучался. Тогда к туше вышел Ангил, увидел меня и подозвал. Я пыталась убедить его, что неинтересна ему, но он лишь улыбнулся мне и сказал, что у меня есть дар, которым стоит использовать. В тот день я впервые за долгое время ела мясо. С тех пор мы и работаем вместе — Генетта и Фенек.
— Генетта… Это же он помогает людям выживать пока идет война?
— Да. Это мы… — Она подобрала небольшую веточку и положила ее на самый верх уже собранного хвороста.
— А какие у тебя способности? Я понял, что ты умеешь что-то делать флейтой, но не совсем понимаю, что конкретно.
— Ну… Я умею нотами наигрывать мелодии, внушающие людям определенные эмоции, и даже заставлять их выполнять некоторые простые команды. Это можно делать голосом, но мне пока не хватает мастерства, поэтому я играю на флейте — с ней гораздо легче. В таверне я сначала успокаивала людей, а потом просто нагнала усталости и усыпила.
— А это… желание идти за тобой?
— Я пыталась вывести тебя с собой, не прерывая мелодии, так как, очнувшись, они могли разозлиться, что и произошло.
— А снова успокоить?
— Вот тут вся загвоздка. Не всегда можно внушить человеку эмоцию. Как минимум, я пока что не могу перебивать сильные эмоции абсолютно противоположными. Из-за их ненависти и ярости, я смогла наложить только усталость — и мне это далось с очень большим трудом.
— А если попробовать сначала гасить эмоции, а потом диктовать свою? Постепенно снижать эмоции, а потом возвышать в людях другие.
— Хм, надо будет попробовать… На тебе, — сказав это, она улыбнулась ему.
— Это все звучит угрожающе, но почему у тебя не получилось заставить меня идти за тобой? Я будто услышал предложение и просто не согласился.
— Сама не знаю, но Ангил говорил что-то о том, что ты неимоверно силен. Видимо, у тебя, как у Служителя, большая сопротивляемость способностям других Служителей. Редкая штука. На Ангила, например, мои мелодии вообще не действуют, но, будем честны, он далеко не обычный человек. Не знаю, что конкретно он скрывает, но точно знаю — что-то серьезное.
— А Лиза?
— А что она?
— Она с вами сколько уже?
— Я ее впервые увидела этим утром. Эту девушку Ангил нашел в таверне или по пути к ней, но меня при этом не было. Уж не знаю, зачем она ему, но, видимо, зачем-то нужна. После города и поиска необходимой информации на юге мы планировали пойти к еще двум членам нашей команды. Я не ходила этими лесами, но, когда мы переходили через луга, видела горы, по которым примерно поняла, где мы находимся, поэтому думаю, что Ангил ведет нас именно к ним.
— К вашим друзьям?
— Да. Но мне хотелось бы уже сегодня узнать причину нашей спешки.
— Разве война — не причина?