Ангил снова оступился. Лиза терпеливо объяснила ему, что он делает не так, и они начали заново.
— Давай, веди, — скомандовала она. — Раз-два-три, раз-два-три…
Они плыли в танце, направляемые общим чувством, название которого лучник когда-то безрезультатно пытался забыть, но ныне снова его ощутил и не смог отказаться от столь приятного тепла. Движения он выучил уже давно, но старался ошибаться чаще, чтобы больше времени провести с любимой. Она так мило его отчитывала за «простейшие ошибки». Ему нравился ее здоровый румянец и дыхание, слегка сбившееся из-за танцевания. Шаг, шаг, поворот. Шаг, шаг, ловит ее. Шаг, шаг, лишний шаг.
— Ангил! — возмутилась она, скорчив рожицу.
— Я снова что-то сделал не так? — якобы удивившись, спросил он.
— Я уже думаю, что ты специально. Не может быть того, что ты такой тупой. — Мужчина расхохотался. — Чего ты?
— Да так, — успокаивался он, — просто ты у меня — чудо чудесное.
— Это чудо тебе сейчас как даст! — пригрозила она.
— Тише, мисс! Мы только познакомились, а вы уже руки распускаете.
— Ах! А вы… вы вообще насильник.
— Да? — слегка нагнулся он к ней.
— Да! — подалась она к нему.
— И что вы мне сделаете за то, что я вас оскверняю своим неумением танцевать, что, видно, является насилием.
— Я вас накажу!
— И как же?
— Не при людях будет сказано, но очень и очень сильно! Как только стемнеет, так как мир не должен видеть ваших мук.
— Вы негуманны.
— Я непроста, потому не холоста.
— Вот как?
— Вот так! Будете наказаны!
— Так и быть, стерплю наказание.
— И не надо мне ваших язв.
— Лучше уж такие, чем…
— Вы еще и мерзкий!
— Это не худший мой порок.
— Знаю я ваши пороки. Любите, когда дама све…
— Я люблю, когда дама знает манеры.
— А дама не любит манеры. Вы либо лжете себе, либо не любите даму.
— Выходит, лгу.
— Правильный ответ.
— Кажется, вы слишком много на себя берете.
— Вы правда так думаете? Мужчины измельчали, никто не может взять ответственность на себя и разгрузить слабые плечи дамы.
— Боюсь, вы сами себя нагружаете.
— А я и не слабая. Или вы хотели сказать именно это?
— Ни в коем случае! — со смехом в голосе отнекивался Ангил.
— Вы смеетесь надо мной!
— Я смеюсь вместе с вами. — Он обхватил ее и закружился на месте.
— Вы же меня убьете! — заливаясь серебряным хохотом, кричала Лиза.
— Только ради того, чтобы умереть самому. — Лучник поставил девушку на землю.
— Ох, вы кавалер с большой дороги. — Она поправляла волосы.
— Будьте осторожны, я сочту это за комплимент.
— Ваша проблема. Надо бы вас наказать.
— Чего же вы медлите?
— Я давала вам шанс спастись. — После этих слов, Лиза привлекла поближе голову любимого и поцеловала его в губы. — Все еще не хотите сбежать?
— Нет, — выдохнул он, и их губы снова слились в поцелуе.
— С этого момента вы не сможете сбежать.
— И не попробую.
— И даже на тот свет последуете за мной?
— Если того пожелаете.
— Не желаю. Живите, любите… ради меня.
— Тогда у меня к вам та же просьба.
— Шутить решили.
— Совсем нет! — Его лицо сделалось серьезным. Он смотрел любимой прямо в глаза. — Если что-то случится… не горюй обо мне, хорошо?
— Ты меня пугаешь. Что ты задумал?
— Ничего, просто хочу, чтобы ты пообещала… Пожалуйста.
— Обещаю… — Прозрачная слезинка скатилась по щеке к подбородку и бросилась навстречу земле.