Выбрать главу

— Уверен.

— Я живу в твоей памяти, в памяти Медвера, Ады, Тайпана и Тарпана. Живу.

— Живет память о тебе, но сама ты умерла.

— Ты отвергаешь меня?

— Нет! Я… боюсь, что ты снова уйдешь, но уже не вернешься. Что потеряю тебя даже тут.

— Я буду тут до тех пор, пока ты помнишь.

— Помню…

— Мы оба знаем о привычке забывать.

— Обещаю тебе, что не забуду.

— Не обещай. Лучше сделай.

— Ни дня без мысли о тебе…

— Ни дня… Но продолжай жить ради меня. Ради нас. Ради детей. Ради друзей.

— Но Аполлоний…

— Он загадал трудную загадку, но ответ лежал на поверхности.

— Ты знаешь ответ. Сказала мне его, перед…

— Да, сказала. Но напрямую говорить нельзя.

— Я уже понял, что значат твои слова.

— Не могу даже сказать, верно ли понял. Каков твой ответ?

— Борьба. Нужно бороться до конца.

Девушка молча глядела на засыпающее солнце.

— Уверен, это и есть та истина, к которой он вел, — продолжал Ангил.

— Тайпан и Тарпан давно знают, но были сбиты с пути. А дети… Дети догадываются.

— Нужно сказать им.

— Нет. Все должны понять сами.

— А если Губитель еще кого-то убьет, прежде чем все догадаются?

— Значит, такова Судьба. Или так решил Случай.

— Ты ведь сама не хочешь, чтобы дети умирали.

— Не хочу.

— А если он убьет их?

— Такова воля Смерти.

— А где же Судьба и Случай?

— Воля Смерти именно такова только благодаря им.

— Что тебе открылось после смерти?

— Не могу говорить. Ты и так понял, что теперь я знаю куда больше, чем при жизни.

— Кто тебе поведал?

— Кажется мне открылось что-то из того, что я впитала за последние месяцы. Сны у Служителей. Знания, которых не может быть.

— Ты ли это? — задумался Служитель. — Или это мой мозг тебя выдумал? Ты не Лиза… Ты мутное воспоминание, окрашенное цветами моих мыслей.

Даже если так, то что с того? Я же живу в твоей памяти.

Это не ты… не Лиза. Это дефектная копия. Пародия.

Ты влюблен в пародию.

Я влюблен в память о ней.

Ты любишь образ, который создал у себя в голове.

Нет! Лиза была прекрасна!

Или были изъяны?

У всех они есть. Я просто их не видел.

Верно. Видел то, что хотел видеть.

Не смей так говорить! Я любил и люблю Лизу!

Но не спас.

Она… Она сделала выбор!

И ты сделал. Бороться. — Тень Лизы усмехнулась.

Она понемногу распадалась, расплывалась, превращалась в мимолетный отблеск. Контуры смывались, Лиза как бы смешивалась с фоном, становясь его частью. Когда она растворилась, оставив после себя только горечь, Ангил упал на колени и с силой ударил песок. Странный щебет волн отвлекал от мыслей. Или это не волны?

«Ангил!» — доносилось издалека.

«Ангил!» — повторилось снова.

«Нападение! Помоги! Ангил!»

Голос Ады…

Кошмар начал разрываться на неровные клочки Пространства, а лучник оказался в бесконечной пустоте. Просыпаясь он слышал:

«Не… Бояться… Смерти…»

Ее голос. Лиза…

Глава 17. Борьба

Служители обычно живут не более пары веков. Все мы знаем, что Служители могут стареть с той же скоростью, что и Низшие (в нашем случае — люди), а могут не стареть вообще. Также мы знаем, что они могут появиться в мире уже в зрелом возрасте, имея ложные воспоминания, а могут и родиться в семье людей. Во втором случае они растут до определенного возраста, а затем старение либо замедляется, либо останавливается.

Итак, почему же они живут от силы лет триста? Ответ, на самом деле, прост. Когда ты бессмертен, твоя жизнь начинает обесцениваться. Ты теряешь людей, а затем перестаешь знакомиться с новыми, ведь и они рано или поздно умрут. Ты перестаешь жить в любви, и начинаешь погружаться в глубочайшую апатию. Какова цель этой бесконечной жизни, если в ней больше горя, чем счастья? В мелочах, ответите вы. Будете правы, но не на столь огромных отрезках времени.