— То, что некоторые многовато себе позволяют? — вопросом на вопрос ответил лучник.
— Или позволят в будущем, — добавил Аполлоний. — Приходится марать руки… Не просто же так я Губитель, верно, Генетта?
— Не стоит называть меня прозвищем. Не люблю его.
— А я люблю — прозвища запоминаются.
— Вполне возможно. Ну а я тебе зачем?
— Ты знаешь, что мне не хочется тебе вредить… Так вот, я бы посоветовал уйти отсюда подальше и спрятаться, ведь как только я получу приказ действовать, сделаю все, чтобы выполнить его с идеальной точностью. Если только не случится ничего необычного, — Аполлоний улыбнулся другу зловещей улыбкой. — Один меня не послушал, и мне пришлось прекратить этот фарс.
Ангил с трудом проглотил слюну и попытался принять непринужденный вид.
— Да что ты волнуешься? — вопрошал Губитель. — Тебе пока нечего бояться.
— Это пока что… — упавшим голосом промолвил Генетта. — Сколько у меня времени?
— Мало. Да и тут еще завелись одни… Ловят Служителей и убивают, будто бы это их работа, а не моя. Мне это очень не нравится, но они могут помочь мне в моем деле.
Лучник плел руки в узел.
— Ладно, — Аполлоний встал и похлопал Ангила по плечу, — не хворай. И скорее убегай, — с улыбкой добавил он. — Один ответ на легкий вопрос — и все счастливы. Просто нужно время подумать.
— Не до конца тебя понял.
Но Губитель уже накинул капюшон и направился к выходу, — люди расходились, образуя своеобразный коридор, по которому шествовал пришелец. Он распахнул дверь и вышел на улицу, дубовое полотно с грохотом закрылось, а сквозь молотьбу ливня послышалось карканье множества воронов. Только сейчас странник осознал, что все люди молчат, боятся даже дышать. Он поднял руки над головой и громко сказал:
— Не пугайтесь, это мой товарищ, он может выглядеть пугающе, но душа у него… не такая уж ужасная…
Как бы поверив его словам, некоторые посетители стали возобновлять прерванные разговоры, кто-то снова запел. Мальчик с кружкой эля и тарелкой с гуляшом пробился сквозь народ и поставил все это на стол перед гостем.
— Вот, это ваше!
— Слушай, мальчик…
— Слушаю, сир!
— А у вас есть свободные комнаты?
— Есть парочка. И пара дамочек для формирования парочек, — ответил мальчуган.
— Веди. — Ангил протянул ему еще один золотой.
— А еда, сир?
— Сам съешь.
— Как скажете. За мной!
Лучник взял шапку в одну руку, лук — в другую, а затем последовал за мальчиком к лестнице, ведущей на второй этаж таверны. Пока они поднимались, мальчуган то и дело поглядывал на гостя, открывал рот, чтобы что-то сказать, но сразу замыкался.
— Спрашивай, — позволил лучник.
— Вы — тот самый Генетта? — с интересом вопрошал он.
— Да, я, — скудно молвил мужчина.
— А правда, что вы — лучший лучник Леронны?
— Не состязался ни с кем, чтобы так говорить.
— А то, что вы тот еще грабитель?
— Верно, но грабил я только богатых, чтобы на эти деньги купить еду и отдать ее беднякам. Война для богатых выгодна, а вот обычные люди страдают.
— Поэтому вы в розыске, но вас еще не нашли?
— Да. Люди знают, что я на их стороне.
В этот момент они подошли к одной из десятка дверей.
— Вот ваша комната, сир! Спите спокойно. — Мальчик улыбнулся и побежал разносить заказы на первый этаж.
Ангил отворил дверь и вошел в темное помещение. Через небольшое окно в комнату пробивался слабый свет луны, очерчивающий контуры кровати, если это место для сна можно было так назвать. Странник запер дверь, поставил у стены лук, положил шапку на стол, а рядом с ней — сумку; плащ отправился на стул, а вскоре там оказалась и остальная одежда. В дверь постучали. Вздрогнув, лучник извлек из ножен нож и бесшумно приблизился к двери.
— Кто там? — грозно спросил он.