Выбрать главу

Медвер шел последним. Тайпан вел их узкими проходами, все дальше уводя соратников от центра города. Они свернули в один из бесчисленных переулков и сразу же застыли — перед ними стоял громила, один из тех неизвестных, которых видели Медвер и Ада. Мальчик обернулся и подтвердил свои догадки — путь побега перекрыли оставшиеся двое.

— Чую добычу, — скрежетнул жилистый.

— Пытались сбежать? — начал гигант. — Не получится.

— Теперь мы повеселимся с вами! — с хищной улыбкой на лице воскликнул низкий.

— Кто вы? — смело выступила вперед Ада.

— Мы «БИВ», — ответил худощавый, — наше любимое дело — убивать Служителей. Еще мы любим деньги, но это не первостепенно.

— Кто вас нанял? — вопрошал Тайпан.

— Нанял? — пробасил великан. — Мы сами себе хозяева.

— Нам платит Поглана, но только за помощь с продвижением по Леронне. А вы лучше сдавайтесь по-хорошему — будет не так больно, — советовал средний.

Тарпан аккуратно поставил сундучок Тайпана к стене и, хрустнув кулаками, направился на противника своего размера, но его остановил строгий голос, раздавшийся из-за спины неизвестного громилы. Ангил уже накинул три стрелы на лук и готов был выстрелить в любой момент. К нему обратились все взгляды, никто не смел нарушить тишину, словно нечто сдерживало их. Лучник набрал в легкие воздух, собираясь что-то сказать, но вдруг воздух растрескался от карканья одинокого ворона, смотревшего на эту немую сцену с высоты. Светловолосый Служитель взглянул на птицу и потерял дар речи, — позади что-то чиркнуло о камни дороги. Обернувшись, Ангил увидел его…

Аполлоний надвигался на Служителей, сверля их черными глазами, в которых потонула бы сама бездна, в правой руке он держал полутораручный меч с простым эфесом, ничем не украшенным; ледяной ветер развевал его ветхий плащ цвета ночи, а чернильно черные волосы были собраны в хвост на затылке, чтобы не мешаться в сражении. Губитель приближался к растерянным жертвам, из ртов которых вырывался полупрозрачный пар. Щекотка страха пробежалась по их спинам, душа отступила в пятки, а сердце то замирало, то неистово ускоряло свой бег.

Первым побежал Ангил — он проскочил мимо товарищей со звуком «бегите». За ним побежали и остальные, оставив троицу «БИВ» наедине со Смертью, — те ошеломленно таращились на Аполлония еще несколько секунд, а затем тоже сорвались с места.

Кровь колотила в ушах, топот ног громом отдавался в костях, а беспощадный холод порабощал беспомощную душонку, бьющуюся в агонии. Горячий воздух с болью вырывался из глотки, сменяясь прохладным, что-то глубоко в груди ныло и молило, а мышцы несли мальчика все дальше. Он бежал последним, — перед ним тяжело дышала Ада; Лиза бежала рядом с девочкой, про себя благодаря Тайпана за то, что дал ей мужскую одежду; старик, несмотря на возраст, бежал рядом с Тарпаном, а Ангил вел их тесными улочками и постоянно оглядывался, чтобы убедиться в том, что никто не отстал.

Лучник нырнул в какой-то небольшой темный проход, за ним туда втиснулись и все остальные, — ступеньки вели вниз, приглашая беглецов в преисподнюю. Продвигаясь по неуютному туннелю, Медвер постоянно оглядывался, опасаясь увидеть смутный силуэт Аполлония, преследующего их. Эти черные глаза стояли перед внутренним взором мальчика, бледное лицо казалось безжизненным, — этот мужчина за одно мгновение поселился в дальнем закутке его души, не намереваясь оттуда выселяться. В темноте любой шорох был сравним с содроганием небес во время грома, любая точка света — с бушующим пожаром, охватившим город. Спереди что-то скрипнуло, и неяркий свет хлынул в безжизненную темноту тоннеля.

Выбравшись наружу, мальчик упал на траву и с легкой улыбкой всмотрелся в переполненное облаками небо, упиваясь невесомым отсутствием мрака. Другие расположились рядом, чтобы отдышаться, но вскоре Ангил поднял их и заставил идти от города, напоминая, что где-то рядом находится Аполлоний. Медвер все не мог понять, что конкретно его напугало в этом мужчине: тот выглядел пугающие, но не настолько, чтобы бежать от него без оглядки. Ему показалось, при приближении Губителя застыл в страхе сам воздух. Сам мир боялся Аполлония и передавал этот страх населяющим его существам, — только вороны не боялись его. Мрачные птицы смотрели сверху на эту сценку с интересом, словно желали узреть, чем же все обернется. «БИВ» побежали последними… Есть ли в этом какая-то закономерность, или это лишь случайность?