Девочка на ощупь нашла на постели свою флейту, села, скрестив ноги, и заиграла простенькую мелодию, совсем не думая о эмоциях. Музыка петляла молодым ручейком, извивалась среди ландшафта ее души и старалась добраться до безбрежного океана. Все время Ада пыталась выбраться к этому бескрайнему пространству, но каждый раз ее ручейки засыхали, так и не увидев прибрежную линию. Несколько раз это были небольшие реки, встречавшие на пути пустыни и непреодолимые ухабы… Но она знала, что океан где-то есть, где-то за горизонтом, в будущем. Однажды она дойдет до него и сможет окунуться в него с головой. Лишь эта возможность держала ее на поверхности. Теперешний поток струился все дальше и дальше, намереваясь заглянуть за горизонт и узреть бесконечную бездну. Девочка чувствовала, что он не увидит океан… По ее румяным щекам катились упругие слезинки.
Тайпан говорил ей о взрослении некоторых Служителей, потому она понимала, что у нее еще есть время, чтобы достигнуть далекого края, обещающего огромную силу. Ада не знала, какой будет эта сила, но понимала, что той будет невероятно трудно управлять.
Есть ли у других Служителей подобные видения? Есть ли у них что-то, к чему они стремятся? Как оно выглядит? Или она одна? Может, только ей видится нечто, олицетворяющее ее путь к совершенству? Единственный способ получить ответы — спросить у остальных. Именно этим она и займется завтра, а сейчас ее волновал петляющий ручеек мелодии, рвущийся к спасительной большой воде. У него не было ни одного шанса, но он прокладывал себе путь сквозь камни, песок, изумрудные холмы и неприступные горы, стремился к своей мечте, желая вписать себя в вечность, достигнув темной водной глади, обещающей проглотить его, но дать ему жизнь. Но все молитвы были тщетны… поток мельчал и с трудом уже огибал валуны, а через какое-то время полностью утратил свою силу и исчез, оставив лишь след, через какое-то время высохший. Музыка умолкла.
Поняв, что дверь заперта, Лиза тихо постучалась. Девочка открыла заплаканные глаза и подошла к двери, спрашивая, кто пришел. Впустив девушку, она вернулась к кровати, забралась под одеяло и уснула хрупким сном. Лиза повесила на специальную веревочку сырые вещи, надеясь, что они высохнут до их отъезда, а затем сбросила всю одежду с себя, аккуратно сложила ее и положила на сундук. Девушка бесшумно подошла к кровати и скользнула под одеяло, под которым уже спала ее сожительница. Глядя на милое личико Ады, она подвинулась к ней поближе и в который раз задумалась, почему та считает себя некрасивой. Как только она закрыла глаза, сон унес ее в далекие дали, предвещающие лишь счастье и покой.
Медвер сидел на полу и пристально смотрел на свои руки. Ему казалось, по ним медленно стекает бордовая кровь, роняя темные капли на доски пола. Он видел перед глазами испуганные лица солдат, видел разбросанные внутренности и кровь, заполнившую собой все пространство. Крики звенели в ушах, вызывая неистовую головную боль; слезы скатывались по щекам и разбивались о твердую деревянную поверхность, разбрасывая во все стороны свои крошечные копии. Смерть каждой капли порождала множество новых жизней, напоминая мальчику о цикличности, пропитывающей реальность. В который раз Медвер вспоминал слова Ады и пытался простить себя. Он убийца — и это невозможно оправдать. Возможно, существуют люди в разы хуже, но они существуют где-то там, в то время как кровь пролилась тут, совсем рядом.
Негромкий стук потревожил сонную тишину. Медвер, находясь где-то вне тела, поднял голову к двери и промолвил:
— Открыто.
Деревянное полотно отворилось, впуская в комнату Ангила. Лучник бесшумно вошел внутрь и затворил за собой дверь, опустив засов. Мужчина приблизился к мальчику и сел рядом с ним.