Новый взрыв оказался громче предыдущих, горячий воздух пронесся по улицам, сбив некоторых людей с ног. Часть стены обрушилась, открывая широкий проход для новых сил врага. Последний вздох… Пульс исчез… Солдаты морем хлынули через новую рану, защитники бросали оружие и просили пощады, но их крики заглушал рокот бушующего пламени, стремительно пожирающего город. Единственный путь к спасению лежит через многочисленные ряды противника.
Лучник уже видел гостиницу, видел пустые окна, выбитые взрывной волной недавнего взрыва. Он бежал вперед, боясь подняться в комнату и увидеть там следы борьбы. Каждый шаг гремел громче пушечного выстрела, ступени тянулись в бесконечность, а двери были одинаковы настолько, что невозможно было отыскать нужную. Вот она, все ближе и ближе, еще несколько шагов… Само пространство растягивалось смолой, отдаляя от Служителя заветную дверь, но вот он почувствовал пальцами грубое дерево и толкнул полотно от себя…
Медвер в ярости воскликнул, что выведет друзей из города любой ценой, и уже направился к выходу, когда дверь распахнулась, удивив всех, кто находился в комнате, ведь они отчетливо помнили, что Тайпан запер ее за лучником. Ангил вбежал внутрь и скомандовал выходить. Они предпримут попытку сбежать, иначе Смерть настигнет их в этой тесной комнатушке. Выйдя на улицу, беглецы сразу же направились к ближайшей подворотне, чтобы скрытно продвинуться к воротам или бреши в стене. Грянул еще один взрыв, потрясший небосвод, и часть стены исчезла в облаке пыли. Теперь в город можно было проникнуть со всех сторон света и даже больше.
Лучник шел первым, проверяя улицы, по которым в панике метались люди, отступали защитники города, наступали враги. Только двоих из них могли заметить обычные солдаты, но Служитель переживал не из-за людей. В каждом шорохе ему чудились взмахи черных крыльев, а каждый крик напоминал скрежещущий грай пернатых предвестников Смерти.
Мертвые тела устилали все дороги города, заполняя кровью водостоки и окрашивая весь мир в темно-красный. Стеклянные глаза упирались в бесчувственное небо, так и не ответившее им взаимностью. Рты раскрыты в предсмертном молении о помощи, а из страшных ран все еще сочится алая кровь. Все они казались живыми, словно вот-вот встанут, вернутся в таверны и, собравшись кольцом вокруг залитого пивом стола, начнут рассказывать товарищам забавные истории. Медвер слышал их смех, пытающийся пробиться сквозь слишком громкие крики людей на улицах. Он слышал их возгласы и стоны, слышал их глухие голоса, прощающиеся с жизнью, и представлял, как выглядели их бледные лица несколько часов назад.
Мальчик взглянул на Аду: она, дрожа, держала себя за плечи, словно пыталась согреться. Медвер обнял ее, и девочка сильно прижалась к нему, напитываясь теплом его тела. Они смотрели на все эти прервавшиеся жизни, глядели на груды трупов, наполнивших город ароматами страха и смерти: смесь металлического запаха крови, кислого пота, малознакомого пороха, жареного мяса и испражнений. От едкого дыма слезились глаза, а въедливый одор не отставал от них даже в самых пустых подворотнях. В нескольких домах от странников кричали люди: женщины в ужасе молили о чем-то вражеских солдат, а дети не могли перестать рыдать. Слышался грубый мужской голос, обещавший убить каждого плачущего ребенка. Девушки помоложе раздирали горло криками и клялись воинам, что сильно больны, лишь бы не быть изнасилованными, но те лишь смеялись и грубили им.
Медвер направился туда, но Ада остановила его, схватив за руку. Он посмотрел в ее глаза и на мгновение замер… Девочка одним взглядом молила его не вмешиваться. Мальчик еще раз повернулся в ту сторону, откуда доносились крики, но помочь он им не мог. Солдат слишком много… Им нужно бежать.
Каждый шаг отдалял их от истошных криков, гул битвы нарастал, заглушая иные звуки. Ангил заглянул за угол и жестом велел остальным остановиться. Он видел выбитые ворота и тела солдат обеих армий, устлавших собою все пространство. Осталось лишь незаметно пробраться к спасительным вратам и покинуть город. Снаружи их ждет еще более трудное испытание: пройти сквозь плотные ряды воинов Погланы.
Первыми шли дети и Лиза, так как их скрывали заговоренные наконечники, далее, опасаясь каждого шороха, продвигались к выходу Тайпан и Тарпан. Лучник замыкал шествие и отвлекал заблудших солдат, кидая мелкие камни в противоположную от товарищей сторону. Пройдя под монументальной аркой, странники очутились за стенами павшего города. Тут же Ангил снял свой наконечник и передал его старику.