Выбрать главу

Ангил зашагал прочь, не обращая внимания на яростные крики за спиной, не заботясь о летящих в него камнях, всякий раз пролетающих мимо. Он шагал к лесу, где дожидались его товарищи, и думал лишь о том, что сотворил. Ведь он мог не убивать их; мог милосердно подарить им Жизнь. Но сделанного не воротишь… Нужно было продолжать путь к металлу — эннравиру.

Медвер видел, как упали люди, видел их мгновенную и неотвратимую Смерть. Почему же Ангил не воспользовался другим заклинанием? Ада, Тайпан и Тарпан были удивлены не меньше — прежде они ни разу не видели этого заговора. Лучник никогда не пользовался им при них, но сегодня… Что же случилось сегодня? Неужто жители деревни были столь опасны? Или что-то со стороны повлияло на его решение?

Во время второго выстрела позади путников каркнул ворон, напугав их своим неожиданным появлением. Тайпан разумно посоветовал девушке и девочке надеть наконечники, которые ранее давал им лучник. Но никто не преследовал светловолосого Служителя — он шел прямо к друзьям и даже не заботился об оставшихся позади разгневанных жителях. Эти люди совсем недавно казнили настоящего убийцу молодой девы, но почти сразу же решили сделать то же самое с путниками. Они хотели поймать Медвера и Аду, но дети смогли сбежать, жалея, что не смогут предупредить друзей о надвигающейся опасности.

Глядя на приближающегося друга, мальчик будто бы снова заметил его необычные глаза — они пугали и завораживали одновременно, опутывали и давали безграничную свободу, скрывали великие тайны и раскрывали все существующие секреты. Медвер видел мало Служителей, но понимал — таких больше нет. Либо лучник — уникальный Служитель, либо он — нечто совсем иное, в корне отличающееся от них. Но что?.. Ни на один из вопросов он не знал ответа. Как сказал Тайпан: «если бы ты знал ответы на определенные вопросы — они бы не были вопросами». Потому мальчик, по совету Ангила, решил отбросить то, что не имеет ответа, и сосредоточился на уже имеющихся ответах.

Тем временем, лучник достиг линии леса и погрузился в мощный строй деревьев. Нужно было дождаться утра, потому решили немного углубиться в лес и устроить привал, а утром уже думать о дальнейшем походе. Всю оставшуюся ночь светловолосый Служитель простоял на опушке, глядя на деревню, чтобы убедиться в том, что за ними не пустятся в погоню. Как только все легли спать, Тайпан, оставив Тарпана с детьми и Лизой, пошел к Ангилу.

— Что-то случилось? — тихо спросил лучник, когда седовласый Служитель показался из леса.

— Нет, просто хотел… — замялся старик, — поговорить.

— О чем же?

— О стрелах. Тех двух стрелах.

— Я не…

— Ты раньше не пользовался ими. Мы даже не знали, что так можно. Почему?

— Потому что они убивают в ста процентах случаев.

— Но те же взрывы или пламя тоже убивают.

— Они дают шанс. Даже если он близок к нулю.

— А сегодня…

— Сегодня что-то произошло. Сам не знаю, почему сделал именно так.

— Тогда почему раньше давал шансы?

— Ты же знаешь…

— Потому что не хотел забирать жизнь без шанса на спасение, помню. Но разве это единственная причина?

— Да. Я не хочу превратиться в монстра, который убивает все, что подходит достаточно близко.

— Поэтому даже в самых тяжелых ситуациях предпочитал ослаблять себя самосозданными рамками…

— Тайп… У всех должен быть выбор выжить.

— Вряд ли желание поможет человеку, которого охватило пламя, а вокруг ни капли воды.

— Если он додумается по земле кататься — выживет.

— А если вокруг твои союзники и враги? Если некогда кататься?

— Шансы малы, но они есть.

— Поэтому ты рискуешь жизнями Лизы и детей? Чтобы выбор был у всех?

— Не надо, Тайп…

— А сегодня ты вдруг решил изменить себе и убил людей, хоть и мог сделать все иначе. Мог путать лозами или…

— Хватит! — взорвался Ангил. — Я сорвался, слышишь! — уничтожающий взгляд проник в самые темные глубины души старика. Безумный страх пробрал его тело. — Я провинился! Я сожалею! Я!.. — Лучник прервался и осел на землю.

Оба долго молчали.

— Прости, Анг… — вымолвил наконец старик. — Что-то я сам не свой после произошедшего с этим… с Перстом.