Выбрать главу

«Смерти нужен страх! Жизнь переходит в Смерть, а Смерть — в Жизнь. Но в тот день Смерть проиграла! Она видела перед собой старушку, готовую расстаться с этим миром, добровольно идущую ей навстречу. Она видела победу Жизни!»

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Что-то капнуло ему на лицо, вернув в реальность. Над собой он увидел бескрайний космос, вселенную, — нет! — то было бледное личико: Лиза… Она тихо плакала, сидя рядом с ним. Увидев, что любимый очнулся, девушка с силой поцеловала его. Соленые от слез губы любимой окончательно вытянули Ангила из пучины мрака, норовящей пленить его. Сев, светловолосый Служитель положил руки на плечи девушки и вгляделся в ее заплаканные глаза. Она была такой красивой, а он заметил это только сейчас… Только сейчас он понял, что действительно любит Лизу.

Ангил крепко прижал любимую к себе, словно боялся потерять найденное сокровище. Девушка обняла его, и он почувствовал то, чего не ощущал с тех пор, когда умерла Варравия. Тело его сотрясли рыдания. Лиза гладила его по спине и отдавала ему всю себя… Лучник грелся в горячих лучах Любви, от которой скрывался столько лет, но вскоре забвение поглотило Служителя, оставив реальность где-то за горизонтом сознания.

Он стоял на краю обрыва. Край осыпался, но Ангил и не пытался сопротивляться. Свободный полет даже доставлял ему какое-то неправильное удовольствие. Падая все глубже, Служитель знал, что где-то там его ждет Варравия. Внутренний голос, пытаясь докричаться до души, уверял лучника, что это лишь память о девушке, а не она сама. Но вот оно, ее румяное лицо, которое он так любил целовать. Черты любимой девушки вдруг искривились и начали расплывается, оставляя после себя лишь пустоту.

— Нет! — скрывая голос, вскричал Ангил. — Не бросай меня! Не оставляй одного! Ты не можешь так поступить!

— Ты знал, — из темноты к нему вернулся едва слышный голос. — Знал, что я умру раньше. Был готов, думал об этом. Позволь мне уйти… Мой век краток, но я прожила его так, как и мечтать не могла.

— Я люблю тебя! Я не могу отпустить тебя!

— Можешь, любимый… Дай мне уйти, чтобы я вечно была с тобой в твоих воспоминаниях.

— Варравия… Я люблю…

— Если любишь — позволь мне пожертвовать физической оболочкой ради вечной жизни. Люби не меня, не мой образ, но ради меня. Люби Лизу, люби Медвера с Адой, но не призрака из далекого прошлого.

— Я… я буду! Ради тебя! Ради памяти о тебе!

— Я люблю тебя. — Ангил слышал, что говорит она это с улыбкой — той самой улыбкой, за которую он ее когда-то полюбил. И Варравия пропала…

— Я тебя люблю… — прошептал он в вечную пустоту.

— И я тебя люблю, любимый, — раздалось откуда-то издалека. Лиза?

Девушка сидела рядом с ним, стараясь не уснуть. Когда лучник снова вернулся из пропасти грез, усталая улыбка засветилась на ее бледном личике. Он наконец осознал… наконец понял…

Лиза едва слышно вымолвила ему несколько слов, которые ему не удалось разобрать, и упала без сил на пол рядом с ним. Ангил обнаружил на себе теплый плащ, которым накрыл любимую, и, поцеловав ее в лоб, встал. Пошатываясь, он добрел до полусгнившей двери и выбрался наружу. Солнце уже пересекло собственный апогей, взяв пример с белоликой луны, и скоро должно было закатиться за холмы, покрытые густой бородой леса. Медвер и Ада резвились у тоненькой речушки, а Тайпан разбирал свой сундук, пока Тарпан молча восседал на камне и наблюдал за ругающимся стариком.

— Уложил же все правильно! Как все внутри могло так перемешаться? Хорошо, хоть не разбилось ничего. — Тут он заметил Ангила. — О! Очнулся? Я уж переживал, что так и останешься, унесешь все свои секреты в могилу.

— Я… Многое осознал, пока был без сознания.

— Что-то ты часто стал его терять. Однажды оно не найдется.

— Может, к лучшему.

— Слушай… А эта Варравия…

— Моя прошлая любовь…

— Оу… — Старик кашлянул. — И как давно это было, раз тут все так заросло?

— Очень давно, поверьте. Вы тогда еще даже на горизонте не мелькали.

— Ого! А кто тогда мелькал?