— Что это было? — спросил Тарпан, скидывая порванный жилет.
— Понятия не имею, — отвечал Ангил, — но оказались они слабее, чем ожидалось. Так понимаю, вы одного прикончили?
— Ага, — сказал Тайпан. — Я в него всадил целую кучу дротиков, прежде чем он умер.
— Думаете, вернутся? — Тарпан вытирал руки жилетом.
— Не уверен, — размышлял лучник. — Думается, они не полезут в прямое столкновение, но могут напасть из засады.
— Нападут — получат еще, — предвещал старик. — Пойдем, Тар, надо тебя подлатать.
Они ушли, оставив светловолосого Служителя одного. Он нашел Буцерала и задумался о том, не похоронить ли тело. Да, он их враг, но нельзя же его так оставлять. Нужно предложить это остальным. Погруженный в свои мысли, Ангил направился к голосам, обсуждающим произошедшее. Тайпан смазывал руки гиганта лечебной мазью, а Лиза помогала с бинтами. Ада отчитывала Медвера за его попытки вступить в сражение.
— Разве ты не понимаешь, что мог пострадать? — возмущалась она. — А как бы я жила, если бы тебя убили, ты об этом подумал? Что за ребячество? Не позволю тебе драться, пока это не необходимо! Не дам тебе меня покинуть! Попробуй хоть раз заикнуться об этом, я тебе вырву все, что только можно, и засуну куда подальше! Ишь! Пугать меня вздумал!
— Я же хотел помочь… — оправдывался мальчик.
— А я бы не хотела, чтобы ты там копыта протянул!
— Моя кожа же становится прочнее.
— А сердце мое — нет. Вернулся бы весь в ранах, а я мертвая, потому что волновалась.
— Ладно, не буду больше рваться в бой без твоего приказа.
— Ты язвить вздумал?
— Нет-нет! Правда не буду.
— Вот и хорошо! Смотри у меня, — она пригрозила ему кулаком.
Ангил рассмеялся, прервав угрозы со стороны девочки.
— Привыкай, — с улыбкой посоветовал он Медверу. Затем, обратился ко всем сразу: — Я хочу закопать тело. Кто-то поможет мне?
— Закопать за то, что он нас убить хотел? — язвительно отвечал Тайпан.
— Не дело — оставлять так тело, — пробасил Тарпан. — Надо бы закопать. Хоть как-то.
— Его же звери в первую ночь раскопают.
— Зато сделаем, что в наших силах. Идем, Ан.
— А бинтоваться когда? Сейчас попадет грязь в раны, и что будешь делать? Отрезать на месте?
— Не попадет.
Ангил и Тарпан отправились к трупу Буцерала, по пути высматривая что-то, чем можно раскопать яму.
— А вы не брали заступ из моего дома, — на всякий случай спросил лучник.
— Не-а, — звучало из-под металлической маски. — Кто же знал, что придется могилы рыть.
— Как бы не пришлось рыть еще.
— Типун тебе на язык.
Найдя подходящие ветки, Они превратили их в орудия труда и совершили ритуал погребения. Тайпан, Лиза и дети тем временем подготовили все к походу. Старик снова обработал раны друга и перевязал их. Солнце садилось, потому пришлось ночевать неподалеку от места битвы. Медвер и Ада уснули в обнимку, Лиза беспокойно ворочалась рядом с Ангилом, но скоро тоже погрузилась в хрустальное царство сна. Гигант и седовласый Служитель сидели рядом друг с другом и о чем-то тихо переговаривались. Лучник глядел в ночь. С кроны на крону время от времени перелетали вороны, сверкая черными глазками в слабом свете луны; Среди стволов изредка мелькало крупное животное, его алые глаза изучали уставших путников. Почему это не пугало? Знал, что еще не пришло время. Еще не конец. Но скоро ударят барабаны, начав похоронную процессию. И что тогда? Конец. Мрак. Тьма.
Медвер проснулся. Он, не двигаясь, лежал рядом с Адой и разглядывал черты ее лица. «Красивая, — думал он, — и раньше замечал, но не понимал, что настолько. Такая ранимая. Прячет это. Страшно за нее. Страшно сделать больно. Неужели это любовь? Не знаю. Если верить всему, что знаю, — да. А если нас догонит этот?.. Все? Больше не увидимся? Не будем вот так спать вместе? Бегать. Смеяться. Любить… Хочу быть рядом. Всегда. Не брошу, не оставлю, не пойду драться, пока не придется. Лишь бы ей было хорошо и спокойно. Так мило сопит. Теплый воздух щекотит лицо. Хочется поцеловать. Пока не видят. Сладкие. Целовал бы их вечно. Покрепче обнять. Тепло. Клонит в сон. Спать. Люблю ее». Мальчик снова уснул.