– Придумано неплохо.
– Конечно, заманчиво, вынырнув в туманном будущем, иметь при себе эдакое памятное письмецо, – согласился Свен. – Но зато – представляете себе, когда такого надписанного беглеца перехватывали длинноухие? Гибнул не только беглец, но и вся его семья.
– Длинноухие?
– Так в народе называли шпуров. Тех, кто занимался поисками и размораживанием беглецов, – пояснил Свен.
Венс внимательно посмотрел на гостя. Из писем Харви явствовало, что Свен – шпур.
– Итак, Свен, вы в будущем, – сказал Венс. – Вы не попали в кровожадные лапы шпуров, счастливо проспали два века и не были заживо похоронены. Что же теперь?
Свен нахмурился.
– Я, собственно, отправился сюда из-за Харви, моего друга, – сказал он после паузы. – А вообще-то мне было все равно, в какой век бежать. Если говорить честно, я убедился, что на реле времени надо было поставить срок побольше.
– А вы где разморозились?
– В квартале трущоб. В высотной угловой коробке, на четырнадцатом этаже, – сказал Свен.
– Где спрятался Харви?
Свен развел руками.
– Этого я не знаю, – сказал он. – Может быть, мы двести лет лежали рядом, в одном доме и на одном этаже.
– А если разминетесь с Харви во времени?
– Может быть и так.
– Что ж, пора спать, Мудрая голова, – произнес Венс и поднялся.
Бледное лицо гостя пошло пятнами.
– Мудрая голова? – повторил он.
Венс смешался.
– Простите, если обидел… – начал он.
Гость нетерпеливо махнул рукой.
– Откуда вы знаете, какое прозвище мне дали два столетия назад? спросил он.
– Из бумаг Харви, – сказал Венс.
– У вас есть его бумаги?
– Часть. Я обнаружил их среди мусора, когда убирал комнату.
– Давно убирали?
– Недавно.
Свен скользнул взглядом по полу.
– Новый пол настелили? – спросил он.
– Пришлось.
– Раньше в этой комнате пол был выстелен квадратами, – сказал Свен. Харви называл его шахматным. Трудно было обдирать старый пластик?
– Я не обдирал его. Стелил поверху, – произнес Венс.
При этих словах гость схватил Венса за руку. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. В глазах Венса промелькнул страх.
– Неужели вы думаете, что Харви в этой комнате… – прошептал побледневший Венс.
– Без паники, – проговорил Свен. – Харви вполне мог спрятаться и в другом месте.
Венс закрыл лицо руками.
– Когда настелен новый пол? – спросил Свен.
– Два месяца назад.
Свен кивнул.
– Вы укладывали пластик один, без помощников? – спросил он.
– Один.
– Последний вопрос, – сказал Свен и ногой потрогал упругий пол. – В том, как были уложены листы старого пластика, вы ничего не заметили подозрительного?
Вопрос попал в точку.
– Кажется, некоторые квадраты были уложены неряшливо. Как будто мастер торопился, – еле слышно прошептал Венс.
Свен поднялся.
– Где это место? – спросил он.
Венс указал в угол комнаты.
Свен ссутулившись прошел в угол и опустился на колени, процедив:
– Инструмент.
Венс вынес с кухни ножовку, долото и молоток с вихляющейся ручкой. Вдвоем они поддели и подняли лист недавно настеленного пластика.
– Те самые квадраты, – пробормотал Свен. – Шахматные… Сейчас их сорвем.
Удары молотка отдавались глухо, обличая под старым покрытием пустоту.
Вскоре показался угол контейнера, а еще через несколько минут они очистили весь ящик, втиснутый между бетонными балками междуэтажного перекрытия.
Свен щелкнул пальцем по крышке и сказал:
– Поздно.
Перехватив взгляд Венса, пояснил:
– Гелия внутри нет. Улетучился.
– Проверить надо, – сказал Венс.
– Друг мой, я был шпуром. Разве вы не уяснили это из бумаг Харви? произнес Свен. – Сколько таких ящиков прошло через мои руки – знают один бог да статистики Центра. Похожий случай был у меня недалеко отсюда, на улице Слез – Что, все еще сомневаетесь? Посмотрите сюда, – указал Свен на треснутый, затянутый паутиной циферблат, который Венс поначалу не заметил. – Это реле времени.
Стрелка реле времени стояла на нуле. Это означало, что путешественник по столетиям доставлен в заданный год и месяц, где и разморожен.
Свен рывком приоткрыл крышку – в сухом контейнере лежал Харви. Поза его говорила о том, что перед смертью беглец пытался вырваться из плена.
– Харви, дружище… – тихо сказал Свен. – Вот мы и встретились с тобой в будущем, куда ты так стремился.
Венс перевел взгляд с разбитых в кровь кулаков Харви на окаменевшее лицо Свена.
– Я убил его, – сказал Венс.
– Не мели чепухи, – глухо произнес Свен. – Откуда тебе было знать, что Харви скрывается под полом? Если б не этот дурацкий пластик, – пнул он ногой толстый лист, – Харви был бы сейчас с нами.
Тогда Венс рассказал гостю о том, что больше всего его мучило – о звуках падающих капель, которые он слышал по ночам, о шорохах, которые принял за мышиные, о непонятных звуках, которым не придал значения.
– Это гелий испарялся. А потом оживший Харви пытался вырваться, сказал Свен.
Вдвоем они отвезли Харви на городское кладбище и похоронили его.
– Что будешь делать теперь? – спросил Венс у гостя на обратном пути. Как-то незаметно они перешли на «ты».
Свен пожал плечами.
– Теперь меня ничего не привязывает к вашему времени, – сказал он.
– А обратно, в свою эпоху хотел бы? – неожиданно спросил Венс.
Свен долго молчал, покусывая травинку, сорванную на ходу, обдумывая ответ.
– Больше всего на свете, – сказал он наконец. – Как ты узнал, что я хочу вернуться в свое время?
Венс усмехнулся.
– Догадался, – сказал он.
Некоторое время шли молча.
– Наш век, я понимаю, довольно грустное время, – произнес Свен. – Но видишь ли, какая штука – это было наше время. Кто же, как не мы, люди той эпохи, были повинны в ее изъянах? И кому, как не нам, следовало исправлять их? А мы вместо этого бежали, как крысы с тонущего корабля. И тем самым испакостили свой век. Да только ли свой? Своим малодушным бегством мы исказили, нарушили развитие в последующие столетия.