- Не могу поверить, что мы действительно туда идём! – Возмутилась Рейчел, с унынием взглянув на свою пустую тарелку. Похлебка из фасоли была самой дешёвой, но не менее вкусной. Добротная женщина, жена трактирщика, старалась на славу.
- Единственный наш шанс - это залечь на дно в Пустоши, а затем пойти в Западные земли с собранными травами на продажу. Так как от труппы практически ничего не осталось, это наш единственный шанс. – Тихо говорил Вельмар, и старый Томас на это одобрительно кивнул.
- Для обделенных лишь три варианта – невольничий рынок, трудовые колонии либо работа грузчиком в доках! – Сказал Матео, лениво потягивая медовуху. - А тебя, Рейчел, заклеймят за связь с обделенными и повезёт ещё если возьмут в какой-нибудь бордель!
- Что?! – В глазах красивой девушки сиял праведный гнев, а губы обиженно надулись. В её идеальном лице были видны следы недосыпа и нервных потрясений, и все же она оставалась самой прекрасной женщиной, которую когда-либо видел Матео. Да, её уж точно возьмут в бордель – запоздало подумал он.
- Ну, либо доки, либо бордель! – Ответил Матео, с картинным возмущением разведя руки в стороны. – Так что бы ты выбрала – разгружать ящики с треской или обслуживать местных пьянчуг?!
- Ну, я не очень то люблю рыбу…..
Первым рассмеялся Вельмар, а затем и всех остальных потряс нервный хохот! Переживания последних дней сказались на всех них, и потеря Катарины оказалась очень весомой. Они были никем и ничем перед миром, и договорились быть никем и ничем перед друг другом. Но это было невозможно, когда ты делишь с этими людьми кров и еду большую часть своей жизни.
Наконец, когда трапеза была окончена, Вельмар достал старую карту, которую и картой то назвать язык еле поворачивался – она пережила столько, сколько люди не смогут. Ее едва случайно не сожгли в костре, сколько раз на неё проливали медовуху, вино и другие жидкости – не счесть, но самым губительным для карты оказалась бродячая собака, которая решила поточить о неё свои зубы. К счастью, порван был лишь один край, да и тот со стороны Ржавых равнин, а туда труппа явно не собиралась. В конце концов, плотный материал был расстелен по старой столешнице, и Матео с сомнением взглянул на него. Краски все ещё были яркими, но сами обозначения местами стёрлись. На карте чьей-то рукой было нарисовано несколько путей разными красками.
- Что это? – Нахмурился Матео, показывая на пути.
- Когда-то я нарисовал движение караванов. Этот, - указал Вельмар на зелёную линию, - ведёт от Белой пристани до Ржавых равнин через Восточные земли. Единственный город, в который пускают наши караваны в Ржавых равнинах – Буцей, дальше хода нет. Но нам нужен вот этот маршрут. – Палец Вельмара прошёлся вдоль красной линии, идущей от Григории до Великой пустоши.
Белая пристань была маленькой страной – Григория да парочка мелких городишек. Когда-то это была затхлая территория с слишком высоким уровнем болезней, а соответственно и смертности. С наступлением Равного мира, когда люди, получившие магию, стали физически выносливее и лекарям было под силу практически невозможное, все изменилось - портовое государство стало развиваться очень стремительно, буквально став в центр экономики всего мира. На севере и востоке страны располагались естественные границы: на севере это была река Мушта, идущая вплоть до Западных земель и уже на подходе к морю разветвляющаяся на множество истоков, а на востоке – продолжение горного хребта, который отделял Восточные земли от своих соседей.
- Мы пойдём через Мушту, там есть большой мост, по которым проходят повозки…..
- Собрались в Пустошь? – Перебил Вельмара тучный трактирщик, расставляя на соседнем столике кружки с медовухой. Он мельком поглядел на карту и вновь вытер лицо от пота уже насквозь промокшим полотенцем. Матео, глядя на это, мысленно содрогнулся, а затем так же мысленно вывернул содержимое своего желудка! К счастью, только мысленно. Вообще-то, они не были брезгливыми, но даже для бродяг это было слишком.
- Да. А что?
- Вы там не пройдёте. – Трактирщик встал ближе к столу, потеснив Томаса, и его толстый палец ударился о карту, указав на красную линию: - Вы опоздали на месяц. Караваны уходят раньше через Мушту, мост уже убран.
- Что?! Но почему?!
- Река выходит из берегов дважды в год. Весенний паводок, а по осени маджи Восточных земель уводят тучи в сторону Великой пустоши и там льет в двойном размере, из-за чего Мушта переполняется. В Восточных землях по осени собирают урожай, а так как они в состоянии войны, важна каждая сотка земли. – Просто объяснил трактирщик и собрался было вернуться на свое законное место.
- И как нам теперь быть?! – Возмутился Вельмар, хотя трактирщик помог им своим объяснением.
- Я не знаю. – Недоуменно пожал плечами мужчина и все же ушёл.
Никто ничего не говорил очень долго, все просто глядели на карту в задумчивости. Они и раньше не горели желанием броситься в бега в Великую пустошь, но это казалось единственным вариантом. Оставаться в Григории было бессмысленно- работы здесь было практически не найти, так как ни сельского хозяйства, ни ферм в этой стране практически не было. Разве что рыболовство, но зимой даже в этих теплых краях все замирает. Идти на Запад с пустыми руками так же означало провал, а в Восточных землях хватало и своих бродяг.
- Нам нужен Джон Хок. – Вдруг выпалил Вельмар, не отводят взгляда от карты.
- Кто?! – Недоуменно переспросил Матео, озвучив мысли всех сидящих за столом.
- Джон Хок. Он охотник, контрабандист, и мой давний знакомый.
- Откуда ты знаешь такого человека? – Мягко спросила Варвара, хотя в её глазах сиял гнев. Порой казалось невозможным как такой вспыльчивый, с явно бурным прошлым, Вельмар сошёлся с тихой и скромной Варварой, но вот уже практически одиннадцать лет они шли рука об руку.
- Милая, мы с ним учились в одной гимназии, так что оставь все свои тёмные мыслишки при себе! – Усмехнулся Вельмар и принялся сворачивать карту. – Но нам нужно идти сейчас, если мы не хотим ждать следующего вечера. Он бывает дома только в это время суток, и уходит на рассвете. Джон знает все тайные дороги в этом мире и может провести нас куда угодно.
- Но почему ты думаешь, что он поможет? – Все ещё недоумевал Матео, отчасти жалея, что покидает светлый трактир и уходит опять в ночь на улицу. Когда уже у него будет крыша над головой?!
- За ним должок.
Вот и все объяснение!