Через несколько часов один из стражей принёс небольшой чан с водой и тряпкой и так же безмолвно ушёл. Видимо, слухи не врут и отношение к обделенным здесь на грани холодного безразличия и отвращения. И все же Катарина, засунув свою гордость и обиду куда подальше, воспользовалась возможностью привести себя в порядок. Одежда была безнадёжно испорчена, и девушка решила обернуться простыней, от которой так же пахло плесенью.
- Я не знаю, что тебе рассказывали о севере, но не думай, что здесь никто не посмотрит на твою тощую задницу! – Раздалось с порога, и Катарина тихо выругалась и принялась более смешно затягивать простынь на груди в узел. Ее мокрые волосы, которые она, конечно же, не смогла промыть этим количеством воды, выглядели чуть лучше и скрывали ее спину и вышеупомянутую задницу тоже!
В комнату буквально ворвалась высокая и статная шатенка, её тёмные с рыжим отливом кудри были уложены в красивую высокую прическу, в ушах сияли аккуратные серебряные серьги с мелкой россыпью цветных драгоценных камней. Ее кожа была бледна и, пожалуй, идеальна. Но вот незнакомка взглянула на Катарину, подойдя ближе, и позволила лицезреть свое лицо более открыто – ужасный шрам на левой щеке, тянущийся от подбородка и до уголка глаза! Катарина смутилась, но не смогла отвернуться, да и это было бы слишком. Ведь не смотря на рваный шрам, женщина была красива – большие зелёные блестящие глаза, аккуратный прямой нос и пухлые вишнёвого оттенка губы.
- Я Надя, и я здесь для того, чтобы посмотреть на свой подарок! – Просто сказала она и, придвинув стул к кровати, села на него. – Присаживайся!
Она казалась настойчивой, а ещё раздраженной. Словно не хотела здесь находиться. Да, Катарина и сама была бы рада избежать всего – отбыть два года в трудовых колониях и на этом все.
- Сколько тебе лет? – Отчеканила Надя и нетерпеливо чирканула на бумаге карандашом. Грифель неприятно заскрипел.
- 20.
Надя недоверчиво взглянула на Катарину, но она и бровью не повела. Самую основную информацию следовало рассказать, но во всем остальном можно было дать волю воображению – главное, не забыть о чем солгала.
- Ладно, пусть так. Просто ты выглядишь совсем как подросток.
- Наверное, в этом и есть смысл, иначе я бы не сделала карьеру акробатки! – Так же гневно произнесла Катарина, скрестив на груди руки.
- Что же, кто твои родители и откуда ты родом?
- Из Восточных земель. Княжество Великоустье. Отец умер ещё до моего рождения, а моя мать работала служанкой в одной из резиденций Великого князя Петра. Я помогала ей, но потом уехала.
- Потому что ты обделенная?
- Да. – Надя все писала и писала, а Катарина все больше и больше злилась.
- В Восточных землях тоже не любят обделенных? – Бровь Нади в очередной раз скептически изогнулась.
- Нет, но во дворце не было место для одной никчёмной обделенной. И я понимала, что если не уйду сама, то и моя мать останется без дома и работы.
- Какой ты национальности?
Катарина нахмурилась. В Восточных землях было множество национальностей, но все настолько с этим свыклись, что считали подобный вопрос неуместным.
- Я авэйка. – Единственное, что она смогла сказать. Так как отца она не знала, то это казалось единственно верным. Да и сама девушка выглядела как эталонная авэйка – низкий рост, светло-русые волосы, голубые или зелёные глаза, чуть широкий прямой нос. Авэйцы проживали в основном в центральном и западно-центральном районах Великоустья, и считались самым многочисленным народом Великоустья.
- Ваш отец был обделенным? - Из-за приоткрытой двери вышел Кон Мортен – высокий, статный и ужасный.
- Нет. – Выдавила из себя Катарина, с трудом сдерживая свой язык от готовых вырваться колкостей.
- Вы это знаете наверняка? Как его имя?
- Я…. – Проблема была в том, что Катарина никогда и не спрашивала об отце. В Восточных землях отцы были непостоянным явлением, и многие дети росли с чувством, что так и должно быть. Война забирала их родных, и не всегда отдавала. И хоть на протяжении десяти лет крупных военных конфликтов не наблюдалось, но все же границы были под надёжной охраной мужей своей Родины.
- Отлично, вы солгали, и уже не в первый раз! – Заключил этот высокомерный маджи, которому, по мнению Катарины, совершенно не нужна была голова!
- Он не был обделенным. – Повторила Катарина. В этом она была уверена. Все в мире, и даже в Восточных землях, верили, что у обделенных рождаются такие же хилые дети, которые либо умирали в младенчестве, либо проживали короткую и несчастливую жизнь. Отчасти это было правдой – тяжело вырастить счастливого и здорового ребёнка, когда ты сам живёшь впроголодь. И Катарина сомневалась, что такая кроткая и милая женщина, как её мама, готова была бросить вызов обществу и связаться с обделенным. Она смеялась над ворчливостью Корины, и все же слушалась её. Как и многих других, впрочем. Ее мама была идеальной прислугой.
- Допустим, что так. Неужели за всю твою жизнь никто не обратил внимания на то, что ты не отвечаешь на послания? – Все так же напирал Мортен, и Катарина задумалась – почему же он злится на неё, в конце то концов?!
- Что ты имеешь ввиду? – Нахмурилась Надя. Видимо, у неё было слишком мало вводных данных, когда она вошла в эту комнату. Оно было неудивительно – Кон Мортен был крайне неразговорчивым человеком.
Без лишних слов Кон Мортен плавными движениями рук сформировал одно из самых простых посланий – воздушный поток, заметный как едва различимая рябь. Катарина почувствовала легкое дуновение, словно тёплый ветер Белой пристани. Все это уже было знакомо.
- Она должна была задохнуться. – Скривился король Северных островов. – Послания воздействуют лишь слабо вокруг неё, не причиняя вреда.
Все это было сказано таким тоном, словно Кон Мортен действительно был расстроен установившимся фактом. В то время как Надя с возросшим интересом посмотрела на свой подарок.
- Отлично! – Улыбнулась она, и принялась что-то чиркать в своём блокноте. – Может быть есть ещё что-то необычное? – На этом вопросе и Кон Мортен, и Катарина взглянули друг другу в глаза, но ничего не сказали. Девушка мысленно пожала плечами – возможно, это было к лучшему, что инцидент на корабле останется в прошлом…
- Возможно, она энергетик, но нестабильна. Она усилила моё послание. Однажды. – Внезапно выпалил он, и Катарина, уже не стесняясь, закатила глаза! Теперь Надя смотрела на неё так, словно была голодна и перед ней поставили сочный прожаренный кусок мяса!
- Она ведь обделенная. – Несколько задумчиво проговорила Надя.
Энергетиками называли маджи, чья сила была велика и в то же время сами маджи были плохи в её управлении. Слабые послания, слабая защита. Энергетиков буквально обкрадывали и убивали, либо брали в пожизненный плен. И чаще всего это были женщины. Благодаря шаткой системе образования, женщины мало тренировались в посланиях и становились лёгкой добычей. И обделенные по определению не могли быть энергетиками – ты не можешь отдать то, чего в тебе нет.
- Вот и разберись с этим! – Кивнул Кон Мортен, и, бросив на Катарину последний взгляд, скрылся за дверью.