- Стой!
Ее пальцы замерли над тканью, ещё ведь совсем немного! Но не убьёт же он её за то, что она возьмёт эту ленту? За все остальное – возможно, но не за это. И вот она и сама не понимает, как эта проклятая лента оказывается в её руке.
Кон Мортен встал так быстро, что сердце девушки замерло, а затем пустилось в бешеный ритм! Немногочисленные лампы большой залы погасли, и теперь только луна освещала холл. Место для торжеств, в котором сегодня её убьют – подумала Катарина. Что же, до завтрашнего дня у них будет время отмыть это место от крови, и никто из гостей, наверное, даже и не заметит. Мужчина приблизился к ней, ему хватило сделать всего лишь несколько шагов для этого, и, наклонившись, тихо прошептал:
- Я приказал приобщить тебя к полезному труду с Надей, чтобы от тебя был хоть какой-то толк. Но, возвратившись с границ, где вполне себе идут временами кровопролития, я вижу тебя здесь, ловко помыкающую моими стражниками и подчинёнными. Возможно, я ошибался и ты не такая уж бесполезная, и мне следует отправить тебя на переговоры с туринцами – там ты так же ловко всех окрутишь?
Биение сердца оглушало юную девушку, и сквозь пелену страха она все же нашла в себе силы ответить на его взгляд. Вблизи его лицо было ещё более идеальным, и лишь тёмные, практически чёрные глаза создавали впечатление чего-то неправильного.
Это была битва, которую ей не выиграть, и Катарина хотела было отвести взгляд, но Кон Мортен тут же с силой схватил её за подбородок:
- Завтра….
Продолжить он не успел, так как в руке Катарины… вспыхнула лента. Проклятая лента просто загорелась, едва Кон Мортен прикоснулся к ней!
- Нет! – Не веря в реальность происходящего, вскрикнула девушка, и лишь когда кончики её пальцев опалило жаром, она выпустила ленту из рук. На холодный гранит медленно опустился пепел, на вычищенном полу он выглядел не к месту.
Катарина и Кон Мортен вновь взглянули друг на друга, на этот раз у неё не было мысли о скорой смерти, а у него – об убийстве. Где-то в глубине девушки просыпалась от долгого сна сила, которая едва ли была ей по плечу, и сейчас Катарина боялась саму себя. Это было…. Неправильно. Так она считала, и с каждым мгновением, стоя рядом с Кон Мортеном, она убеждалась в этом все больше и больше. Она всегда знала, что является другой. Когда старая Корина раздувала её деревянные игрушки потоком воздуха, играя с ней, Катарина знала, что никогда так не сможет. И когда бежала по залитому солнечным светом лугу, знала, что это недолгие мгновения её свободы. И даже когда мать заискивала в попытках защитить её перед княгиней Ольгой, Ката знала – все напрасно. Именно поэтому она и сбежала – такая жизнь была ей дарована.
- Если позволите, я уйд…. – Сорвалось с её губ, но Кон Мортен грубо прервал её.
- Посмотрим, что ты ещё можешь! – Прорычал он и разжал свои пальцы, только для того, чтобы скользнуть чуть ниже – легко он обернул свою руку вокруг шеи девушки и встал за её спиной, став таким образом ещё ближе. Катарина хотела было сделать шаг вперёд, отодвинуться от него, но грубым рывком оказалась тут же прижата к твёрдому телу! – Я лишь думал о том, чтобы спалить эту жалкую тряпку в твоих руках, и вот она сгорела. – Шептал он ей на ухо, и Катарина едва уловила, как его губы случайно коснулись её волос.
Сердце отчеканивало бешеный ритм, и девушка лихорадочно искала пути отступления. Но ещё мгновение, и Катарина по невидимой нити, протянувшейся внутри неё, почувствовала толчок. Словно трос на высоте манил её, эта нить на той стороне предлагала ей… силу. Силу Кон Мортена, которую она могла бы использовать. Словно изголодавшийся путник перед чаном с едой, Катарина мысленно устремилась на зов нити!
В темном углу что-то вспыхнуло ярким пламенем. А затем гобелен на стене, один, другой…. Казалось, все вокруг в огне! В большом холле стало жарко и светло, но Катарина чувствовала лишь твёрдую грудь Кон Мортена за спиной, его силу, лившуюся через неё.
- Нет…. – Едва сумела вымолвить Катарина, внезапно почувствовав себя такой слабой! Она больше не пыталась вырваться из жёсткой хватки, напротив, практически повисла в руках мужчины! Но одного её слова хватило, чтобы пламя словно по щелчку пальцев оборвалось. Лишь запах гари и дымка, почерневшие гобелены напоминали о том, что здесь произошло только что.
В этот момент Катарина словно очнулась, сбросила нежеланное наваждение, и одним рывком вырвалась из крепкой хватки, откинув руку Кон Мортена!
- Я ухожу! – Выпалила она, воинственно глядя ему в глаза и не думая ни о каких правилах приличия! Ее пугала эта сила, это состояние!
- Я так не думаю. – Все так же тихо говорил он. Это была не угроза, а просто констатация факта. Голубые глаза Катарины вспыхнули гневом – чем она заслужила все это?!
- А мне плевать, что ты там думаешь, Мортен! – Едва ли не прокричала Катарина в ответ на его тихие слова, намеренно подчеркнув свое неуважение к нему. Возможно, это выведет его из себя, и он отправит её в Синий дом! Да даже на рудники! Она готова была оказаться где угодно, лишь бы не здесь!
Не дожидаясь очередного его снисходительного высказывания, Катарина практически побежала к выходу из залы, как вдруг толстые старые двери с диким грохотом захлопнулись!
Девушка обернулась, и увидела, что руки Мортена были сложены вместе, а указательные пальцы обращены к ней. То, что она увидела в его глазах, испугало её даже больше, чем собственное состояние. Алчность, желание большего. И Ката впервые видела его таким – обычно сдержанный и собранный, дипломат, король, капитан, сейчас он казался взволнованным и как никогда живым!
- Хватит! – Воскликнула она после нескольких попыток открыть двери, искренне желая покинуть это место и… Ничего. Не было больше сопротивления, она смогла сделать шаг вперед и толкнуть массивную дверь, и любопытство все же заставило девушку оглянуться – на лице Мортена было написано искреннее удивление.
- Что ты сделала? – Повторил он некогда заданный вопрос и опустил руки. Сейчас он рассматривал её скорее как учёный рассматривает интересный экземпляр. Пугающий блеск пропал из его глаз, и на мгновение Катарина смогла расслабиться.
Они смотрели друг на друга какое-то время, словно заново знакомясь, изучая.
- Что со мной будет? – Наконец, тихо спросила Ката. Мортен спокойно подошёл к ней, без былого гнева и раздражения. И он, и она вдруг ощутили сильную усталость после всего этого представления.
- То что я пожелаю. – Только и сказал он и прошёл мимо к массивным дверям.
От этого простого ответа на глаза девушки нахлынули слезы, и все же она сдержалась и не позволила им пролиться. Мортен же просто ушёл.
Катарина окинула взглядом большую залу – теперь это было место преступления, место, в котором умерли её последние надежды на спокойную жизнь, место, что невольно стало свидетелем необычной силы.
Медленно двигаясь к выходу вслед за мужчиной, Ката обратила внимание на обугленную кучку в темном углу – среди пепла был виден лоскуток темно-зеленого бархата, теперь уже практически чёрного, обугленного, но Катарина узнала маленькую жемчужную пуговицу. Это было её платье, которое она так долго шила. Это было все, что осталось от прежней жизни. И теперь оно превратилось в прах.