— Это что? — проморгавшись, спросила я, заметив немного в стороне телеги с большими клетками, и вцепилась в руку своей сопровождающей.
— Нас везут на невольничий рынок на продажу, — хмуро ответила девушка.
— И ты так спокойно об этом говоришь? Удивляюсь твоему отношению. Да и сил у тебя как у здорового мужчины, а по виду не скажешь.
— Я перевертыш. Точнее, ирбис — смущенно ответила Лисандра. Незаметно осмотрелась и приложила палец к губам. — Но — тс-с-с! — никто не должен узнать. Если меня продадут нашим врагам, я никогда не вырвусь из плена. У меня вторая ипостась очень сильная, я как-никак дочь вождя, поэтому мне намного легче. Надеюсь, отец все же развернул поиски, и не я пропаду, как другие женщины.
— И это в порядке вещей — продавать людей в рабство? — попыталась возмутиться я, но ладошка новой знакомой мгновенно прижалась к моему рту.
— Тихо! Не здесь и не сейчас.
Она со значением глянула на меня и, удостоверившись, что я все услышала и приняла к сведению, медленно опустила руку.
Тут подошла наша очередь забираться в клетку. Рабов туда затолкали много, пришлось ехать стоя, словно в метро в час пик. Сверху на решетку набросили плотную и ужасно грязную вонючую ткань, через которую с трудом проникал солнечный свет.
Ехали недолго, минут пятнадцать. То, что добрались до пункта назначения, стало понятно, когда телега остановилась и ткань убрали.
Все клетки на рынке представляли собой прямоугольные коробки, с одной стороны забранные решеткой. Какие-то большого размера, другие чуть меньше, но в каждой лежала прогнившая солома и стояло несколько ведер, видимо, служащих отхожим местом.
Многие клетки уже заполнили. Там находились мужчины и женщины всех возрастов, а также, что самое ужасное, дети. Оборванные, грязные, окутанные зловонием и запахом гниющей плоти люди больше походили на скелеты, обтянутые кожей. В них не осталось ничего человеческого.
Тут же стояли клетки с животными, в глухой ярости бросавшимися на прутья, но при малейшем соприкосновении их било короткими молниями, больше похожими на электрические разряды. После попадания молнии зверь, скуля, отползал и долго зализывал раны.
— Это мои сородичи, перевертыши, — всхлипнула Лиси.
— Не смей показывать слезы! — прошипела я. — Наших пленителей они только обрадуют. Тем более помочь ты сейчас не сможешь. Лучше подумай о себе: мертвой ты не нужна никому. Надо вгрызаться в жизнь! И найти способ наказать тех, кто осмелился сотворить такое с тобой! — да, грубо, но это единственный вариант остановить слезоразлив.
Раздался громкий крик Кривого, как я назвала главного надсмотрщика, и послышался хлесткий звук удара кнутом, прошедшимся в порядке устрашения по чьему-то телу. Все вздрогнули и ниже опустили головы, а помощники Кривого стали раскидывать невольников по своеобразным камерам-решеткам.
Нас с Лиси хотели разъединить, но девчонка вцепилась в меня стальной хваткой. Стражник злобно зыркнул, тем не менее отправил нашу парочку вместе. По его угрюмому взгляду было понятно, что инцидент он не забудет и в ближайшее время отыграется.
Часа через два появились первые покупатели. Любой из них мог подойти и пальцем указать на раба в клетке. Того тут же раздевали догола, и клиент осматривал будущую покупку: проверял отсутствие кожных заболеваний, щупал мышцы, заглядывал в рот.
«Словно лошадь покупает», — подумала я, рассматривая мужика у клетки напротив, и хмыкнула.
Но и представить не могла, что в этот момент за мной наблюдает Кривой, разговаривавший с каким-то худым высоким господином. Он не отрывал от меня взгляда, и его лицо становилось все недовольнее. Неожиданно главный надзиратель схватил собеседника за грудки, и тот, даже не попытавшись убрать его руку, повис, еле доставая ногами до земли. Отбросив худого так, что он, не удержавшись, полетел в грязь, Кривой направился прямиком к нашей решетке.
— С чего ты такая довольная, видящая? Думаешь, я упущу возможность на тебе заработать? Ошибаешься. Я постараюсь за тебя получить столько же, сколько за видящую, но будешь не своим даром пользоваться, а развлекать клиентов в доме мамочки Роситы, — расхохоталось это чудовище в человеческом обличии.
Лиси испуганно охнула и прикрыла рукой рот, а когда главный работорговец отошел, увела меня вглубь клетки.
— Выходит, ты действительно видящая? — изумленно прошептала она. — А я думала, что он просто так говорит. Но тогда как ты попала на тот корабль? Ведь видящих осталось настолько мало, что найти вас и узнать судьбу непросто даже богачам.