- Вознамерилась отравить хозяйку? – рычит остервенело. – Или решила меня подставить под откат?
- Ох… Нет, - растерянно бормочет женщина.
- Из какого котла накладывала? Кто крутился рядом? – шипит телохранитель. – Отвечай!
Мы испуганно переглядываемся. Голодать не хочется, но выбора нет. Вздыхаю и крепко обнимаю расстроенного братишку.
Однако Гектор вскоре возвращается в компании Ксандера. Мужчины оставляют у входа дымящиеся тарелки с мясным рагу. Оруженосец передает кувшин с травяным настоем.
- Эдда, накорми больных, - звучит приказ. – Надеюсь, благородные отпрыски не побрезгуют солдатской пищей.
Живот протяжно урчит, реагируя на разлившийся по шатру аромат.
- Разве можно ослабленным пациентам давать грубую еду? – причитает работница, всплескивая руками.
- Другой нет, - указываю на очевидное и довольно сжимаю ладонь Мигеля. – Поэтому скажем спасибо и подкрепимся тем, что принесли.
Несостоявшийся насильник изрядно прибавил плюсиков к испорченной карме. О такой удаче мы даже не мечтали.
Глава 9
Несмотря на стенания Альмы, погружаемся в глубокий беспробудный сон. Все-таки о полном выздоровлении речь пока не идет. Усталость берет свое.
На рассвете Эдда помогает облачиться в черное платье Лили. Укладывает волосы с помощью золотой сетки и скрепляет на затылке изящной заколкой, доставшейся от почившей матери.
Братишка пользуется отвлеченностью девушки и прячет дневник за пазуху. Наблюдаю за его действиями и хмурюсь задумчиво. Когда сиделка уходит за завтраком, отползаю к испорченному наряду и отрываю длинный лоскут от кипенно-белой нижней юбки.
- Давай обмотаем торс, чтобы книжка не топорщилась на животе.
- Отхвати еще клок, - дает дельный совет. – Будем носить по очереди.
- Не лучше ли уничтожить откровенные излияния княжны? – тяну с сомнением.
- Хочу сохранить тетрадь на память о сестре.
Бедолага. Остался сиротой при живом отце. Лишился материнского медальона. Неудивительно, что цепляется за личную вещь Аннетты.
Согласно киваю и закрепляю кусок материи на его талии, а второй на своей.
Снаружи слышатся шаги. Переглядываемся и торопливо заваливаемся на спину, принимая горизонтальное положение, приличествующее умирающим.
- Стой, - раздается окрик Гектора. – Надо проверить.
- Думаете кто-то рискнет нарваться на ваш гнев? – удивляется сиделка.
- Вокруг достаточно идиотов, мнящих себя хитрецами. Гелла отстранена от работы. Поедешь вместе с распорядительницей и поухаживаешь за ней.
- Слушаюсь, господин.
Сытная каша придает сил и повышает настроение. Теплый ягодный отвар добавляет положительных эмоций. На полный желудок тяготы пути воспринимаются гораздо легче.
Слуги поднимают дерюгу и перемещают нас на край поляны. Альму бережно закутывают в одеяло и относят в роскошную белую карету. Остальные экипажи, включая княжеский, черного цвета.
Мужчины собирают шатер и загружают в кибитку. Вокруг царит суета. Слышатся капризные завывания избалованных наложниц, недовольных наспех сооруженными прическами.
- Я бы на месте короля вышвырнул нахалок на улицу, - закатывает глаза Мигель.
- Не понимаю смысла содержания гарема, - хмыкаю в ответ. – Дорого и непрактично. Эти разряженные курицы даже терпеливого ленивца до икоты доведут.
- Правители стараются ради престижа.
- Водят в личный бордель заезжих дипломатов? – высказываю предположение.
- Нет, конечно.
- Значит, мир имеет весьма смутное представление о пустоголовых куклах, прозябающих на закрытой территории. Подобный подход не стоит лишних трат, - пожимаю плечами и ловлю острый взгляд Беатрис. – Ну, начинается…
- Девушки, смотрите кто прячется в кустах, - лыбится стерва. – Княжна-служанка во всей красе. В нищенском траурном облачении. Оплакиваешь нерожденного драконенка, милая?
Дергаюсь от жестокого словесного выпада. Похоже, Эдда проболталась.
Как по команде недовольные визги прекращаются и наперсницы слетаются на зов предводительницы.
- Все неймется? – спрашиваю отрешенно, добавляя прохладных интонаций в голос. Намек насчет прерванной беременности игнорирую. Не собираюсь ни подтверждать, ни опровергать информацию.
Неужели не надоело устраивать травлю беспомощной Аннетты? Вряд ли имеется насущная необходимость самоутверждаться за чужой счет. Власть и так в ее руках.
- Как печально, - театрально всплескивает руками Марьяна. – Гелла поведала, что распорядительница вытравила плод у юной одалиски.