Ноги перестают держать меня в тот момент, как он открыл дверь. Точно я достигла цели, а дальше уже не имеет значения. Он подхватывает меня, не давая свалиться на дощатый пол. Какой чистый пол! Досочка к досочке. И даже будто пахнет свежим деревом. А он… Смешно сказать! Такой массивный, сильный. Готовый встретить грудью любого неприятеля. И так растеряться завидя меня! Смешно…
- Ты стой! – голос его меняется, - Не теряй сознание! Эй!
Бесполезно. Я уплываю. Вернее, меня уносит, даже не спрашивая хочу ли я отключиться. Тело просто переходит в режим сна. Не спрашивая больше моё сознание…
- При – й – атно… - тяну я неопределённо.
Одной из угасающих мыслей было неожиданное: почему до меня раньше не дошло?! Я же могла кричать! Кричать, чтобы даже в шуме бури он услышал меня. Это бы многое упростило. Почему я забыла про это?
Тем временем, сознанию окончательно надоело ждать, и оно «отключилось».
Погрузится в беспамятство было даже блаженно. Тело перестало мне докучать и мысли вновь норовили рассыпаться. Бежать. Так, словно продолжали мой бег. Но почему и от чего? Я даже не помнила, что именно мне снилось. Но, разбудил меня треск дров и характерный запах сгорающей древесины. Стон. С удивлением узнаю собственный голос. Насколько же он оказался слабым. Начинаю двигаться и сажусь.
Хозяин этого дома стоит подле. В его руках дымится две кружки с тёмной жидкостью.
- Не знаю, будешь ли ты горячий шоколад, - говорит он в некотором раздумье, - Но, я сделал.
Я сажусь, глядя на него со смесью опасения и благодарности. Моё мокрое платье исчезло. Значит, он его снял и… Начинаю краснеть.
Он подходит ближе, протягивая мне кружку. Одной рукой придерживаю одеяло, другой принимаю предложенный напиток. Мне неловко. Но чуть легче от того, что ему тоже неловко. Хотя пальцы мои и трясутся, когда берусь за горячую кружку, но я пытаюсь неловко улыбаться…
- Спрошу ещё раз, - говорит мой медведеподобный спаситель, - Кто ты такая?
- Спасибо… Я… Не знаю, кто я… Это… Странная пустота в голове…
Странная пустота в голове.
- …То есть ты ничего не помнишь? – он сел напротив меня, - Ни, кто ты? Ни откуда?
- Я определённо помню, что – то! – заверяю я больше себя чем его, - Просто, где – то внутри…
Он вздыхает. Второй раз за эти полчаса. Я пригрелась и чувствую себя неплохо. Правда, пришлось поменять руку, чтоб не обжечься горячим напитком… И приходится кутаться в одеяло. Ввиду отсутствия иного одеяния. А может и благодаря этому всё? Одеяло пахнет шерстью. Тяжёлое. Но тёплое. Так не хотелось вылазить из него и вообще делать хоть что – то. Напротив, зарыться бы глубже…
- Так – так! – почти крикнул мне мужчина, - Не засыпай! И так пол ночи возле тебя сижу!
- Ах? Что? Пол… - мне показалось что прошло с момента «отключки» минут десять. Да ещё полчаса разговоров. А оно – вон что. Пол ночи!
- Да! – он кивнул, - И ничего толком не узнал! От твоего платья…
Я покраснела. Мог не напоминать! И так чувствую себя неловко. Зарылась глубже в одеяло и притворилась, что меня нет. Стараясь не высовываться из этого «убежища».
- В общем… - ему неудобно было продолжать. Он тоже смутился.
- Платье вымокло, так? – я и правда подсказываю ему?
- Безнадёжно! – заверил он, - Хороший материал и он красив, но не так надёжен…
- Ты видел? – я кутаюсь сильнее в одеяло, стараясь не показывать нос.
- Да… - он вспыхивает пожаром, - Нет! Не важно! В общем, главное, что ты не замёрзнешь.
- Спасибо… - я и правда, искренне благодарна, не смотря на нелепость ситуации. Если бы не его внимание, то…
Воцарилось нервное молчание, и я рискнула высунуть ноги из – за края одеяла. Точнее – стопы. Я пошевелила пальчиками. Говорить не хотелось. Скорее хотелось спать.
- Скажи хоть, как тебя зовут, лесная? – решил спросить он.
Я открыла рот, чтобы сказать. Я закрыла рот. Я снова попробовала открыть. Бесполезно. Не помню. Не помню собственное имя! Паника на долю мгновения охватила меня… Но мигом схлынула. Точно! Он же сам дал мне подсказку!
- Леся.
- Оригинально. Так и есть? Или ты просто воспользовалась сказанным?
Вот же хитрый! Или это я недостаточно мудра? Но, а что мне оставалось делать? Врать. Это плохо? Безусловно. А правду сказать? Так что скажу, раз ничего не помню.
- То есть, имя своё ты не помнишь? – он пристально вглядывался в меня.