Конь ткнулся мордой ему в плечо, разделяя переживания хозяина и его страхи. «Медведь» мой положил свою увесистую руку на плечо Далтона и сжал, глядя ему прямо в глаза:
- Она – ждёт, - произнёс Борис. Мне тогда показалось, что эта нелепость настолько приятна и не доступна. Он говорил с мужчиной, возвышаясь даже над ним на пол головы. При этом говорил так проникновенно, что мне бы тоже хотелось услышать эти слова. Он говорил нужное и чуть ли не толкал Далтона к той дороге. Неприглядной дороге, которую всадник долго искал.
- Но… У меня же нет ни магии ни… Сил наверное, чтоб спасти её из этой зелёной темницы! Сколько прошло времени… Конечно, замок окутан колдовским мороком, и она не изменилась ни дня! Но чтобы развеять морок и спасти её нужно и в самом деле быть принцем, а не жалким авантюристом… Не способным даже найти это место без помощи…
- ОНА – ЖДЁТ! – проревел мой «медведь», водружая вторую «лапу» на другое плечо Далтона и прижимаясь к его голове своей, - Ты что же не понимаешь? Даже если всё остановилось. Даже если и само время для неё замерло… Ты хочешь разочаровать её, стоя почти на пороге её покоев? Ты решил лишить счастья себя и её?
- Но… - Далтон отпрянул, поражённый этим внезапным напором, - Я – не тот человек, кого она ждёт! Если бы был тем…
- Какая разница, раз ты нашёл это место? Я не понимаю! – рычал зверем Борис, - Просто спеши к ней! Во весь опор!
- Стой – стой! – замахал руками Далтон, даже выпустив поводья коня, - Обожди! Ты же… Вы… Леся и ты не понимаете… Да и не мне было трудиться вам объяснять. Эта Дорога не в малом изменила меня! Понимаете? Мне пришлось стать иным! Другим, чтобы просто выжить в Дороге! Мне пришлось… Творить неприятные дела. Те, что унижают меня. Те, что не позволяют быть собой…
Я внимала его словам. Мне казалось, что не ко времени он начал эту исповедь. Но не сейчас – когда? Он и раньше любил говорить. А в этот момент говорил он о себе. Естественно, что сбивчивые и поспешные слова слетали с его губ, испуганно доносясь до нашего слуха…
- Что с того? – сказал Борис, словно отрезал.
- Такой… В таком амплуа… Мне нельзя к ней! Она… Не должна видеть меня таким… - мотал головой Далтон, - Это недостойно ни моего рода… Ни нашего будущего… Имею ли я право..?
- «Я» - Борис взял Далтона за грудки, - Ты только о себе печёшься! О своей скорби! О своих скитаниях! Не сомневайся! Она ждёт тебя! И ты приедешь к ней! Потому, что…
- Потому, что история должна заканчиваться хорошо, - я положила руку на сжимающие одежду Далтона пальцы моего «медведя», - Понимаешь? Эта история должна закончится хорошо…
- Кроме того! – Борис осклабился, - Мы не ради тебя стараемся! Мы просто жадные путники и любим золотые монеты… Которые, кстати ты обещал нам, верно, Леся?
- Да – да, обожаю золотые кругляши! – я охотно включаюсь в «игру», которую затеял мой «медведь». Понимаю, что он решил это не со зла. Куда проще будет Далтону, если он узнает, что мы ждали лишь оплату. Что не помогали ему бескорыстно.
- Т – точно, - Далтон сухо рассмеялся, - Золотые монеты, смотрите… Отвязываю кошель. Это древняя мошна золота. Неоскудевающая. Там много монет. Сколько ни бери… Но, это лишь один из моих обманов. Сей кошель выменять мне довелось у одного странствующего монаха. Злато самое настоящее. Вот только оно исчезает в течение суток. Много кого мне удалось обмануть таким образом. Потому некоторых торговцев обхожу стороной. Но и путников дурить доводилось. Говорю же, такому пройдохе верить нельзя! И таким мне явится… Пред очи Кладитт…
- Она простит тебя! – говорю я с жаром. Мне становится понятно, почему он так быстро хотел покинуть лавку бродячих торговцев – гоблинов. Зачем не платил златом на постоялом дворе. Почему на базаре в качестве платы использовал серебро. Он честно платил лишь в тех местах, где останавливался на долго. Или там, где оказывался регулярно. Чтобы не портить свои отношения с людьми и нелюдьми, с кем сталкивался раз за разом. В остальном же он мог мошенничать…
- Это – второе что меня пугает, - отвечает Далтон, - То, что она простит меня. Не смотря на всё, что мною сказано или сделано. Она простит меня. Она меня освободит от этих угрызений и боли…
- Ты снова про себя! – прорычал Борис, - Хватит уже глупого нытья стоя там, где тебя ждёт та, кого тебе должно спасти! Просто поезжай к ней! Не думай более ни о чём! Ни о ком, кроме неё!