Часа через три мы смогли уснуть.
Мне снился сумбурный сон о том, как «медведь» засыпает под крепким и раскидистым дубом, а я принимаюсь его будить. Но, мне всячески мешает какая – то фигура с лицом Ванэллы. Она скалится, смеётся и предлагает выпить томатный сок. При этом вокруг растут грибы и мне приходится срубать их огромным мечом. Грибы верещат, обращаясь спорами. Из спор собирается туман. Но, туман отгоняет Л’Оранна своим фонарём. Всё крутится и вертится, погружаясь ещё дальше…
Затем, я просыпаюсь.
Утром мы спускаемся в общую залу. Ведьма уже там, за отдельны столиком. Похоже, что ждёт лишь нас. Улыбается. Приветливо машет рукой. Желает доброго утра. Нам остаётся лишь махать в ответ, желая доброго утра ей. Подходим и рассаживаемся. Интересно, как пройдёт встреча?
Как пройдёт встреча.
- Вообще, он – неплохой мужик, этот Алхимик. Странный, конечно, не без этого… Но, кто из нас не странный, верно? Вот, он вам должен понравиться! Во всяком случае, к нему можно привыкнуть! – говорила Л’Оранна, - Мне кажется, вы сможете договориться!
Нужно сказать, что я испытывала сомнения. «Медведь» - тоже сидел с подозрительным видом. Было утро, и мы пили кофе, слушая рассказы Ведьмы про её знакомца – Алхимика. Рассказы эти были преполнены его похвалой. Можно сказать, она восхищалась им. На это я не могла что – то возразить, просто потому что не знала его. И вот в момент очередного её восхитительного отзыва близ нашего столика появился вдруг человек. Был он достаточно высок, худ. Когда сбросил капюшон своего плаща стало видно его благородный профиль и седые волосы, ниспадающие на плечи чуть неухоженными волнами. Губы его были капризны, а подбородок – волевым. Чем больше я всматривалась, тем больше… Мне казалось, я видела эти губы, кривящиеся в недоброй усмешке! Уже видела их! Но где? Воспоминанию было тяжело просочиться на поверхость из глубины…
- Разрешите представить… - начала Л’Оренна
- Игнаций, - мужчина прервал её, - Игнаций Терцей. К вашим услугам. Именно со мной желала встретиться госпожа Л’Оранна. Практикующий алхимик, учёный.
При этом он, улыбаясь смотрел на меня и… Меня начало трясти. Этот взгляд. Я почему – то помнила и очень не любила этот взгляд. Он определённо как - то связан с моим прошлым. И с опасностью. Большой опасностью… Но почему?
- Игнаций, значит? – переспросил «медведь», - А ваша специализация в алхимии..?
- Ооо! Мне много чем приходится заниматься, - произнёс Игнаций, присаживаясь, - Но основное – работа с биологией. Мне нравится создавать разные творения и работать с ними.
- Игры с плотью… - предположила я, - Это - необычное увлечение… Вивисекция?
- Почти, - сухо рассмеялся Игнаций, - Я хочу создать человека. Нового человека для самых широких целей. Такого, который не будет уступать обычным людям. Но будет выполнят определённый труд. Этому я посвятил много времени. Но, я не зашёл дальше прототипа. Обидно даже… Столько десятилетий трудов и такой результат!
- Сложно создать что – то новое, да? – я на удивление стала язвительной. Почему это вдруг?
- Не так просто, скажем, - он сверлит меня взглядом, - Всё же это игра. Игра в Творца, понимаете? Тем более, что ты много вкладываешь в своё создание. Много даёшь ему. Первое творение ты нянчишь как своё дитя, стараясь окружить его теплом и заботой. Но, как и все дети, оно очень чувствительно. И, если испугается… О, это может разрушить всё доверие меж вами!
- Быстро же вы втянулись в спор! – удивилась Л’Оранна, - И как решительно! Браво Леся!
- А, кого бы вы создали первым, мужчину или женщину? - я будто не замечала ничего...
Зачем я вообще это спросила? Будто мне интересно… Будто есть мне дело до его опытов, какими бы они ни были! Но… Мне есть дело! Я чувствую что – то! Я ощущаю возмущение… Нет, даже гнев! За что я разгневана? За его эксперименты? Это бесстрастное лицо, в котором чего – то явно не хватает… Может… Может очков? Определённо, это очки! Были бы они на его носу и… И эти его пальцы. Тонкие. Длинные. В перчатках. Холодные и болезненные…
- Я бы создал первой женщину, - сказал Игнаций, - Так сказать, в противовес классическому Акту Творения. Женское тело позволяет более разнообразный спектр исследований. Оно более эмоциональное. Более податливое. Именно с него имело бы смысл начинать крупную и сложную работу. Понимаете меня?
- Надеюсь, что нет… - говорю я дрожа.
- Мне кажется, вы пугаете мою подругу, Игнаций, - замечает Борис.
- Возможно, лишь немного, - отвечает алхимик, - Но это – необходимый шаг! Познания тела и природы нас позволяет мне более тонко работать с энергиями. Тело, оно как карта. Если знать, где воздействовать, то можно изменить очень многое. На многое воздействовать. В том числе и на тех, чьё человеческое тело защищено или утрачено. Просто необходимы свои инструменты.