В восемнадцать лет он отказался пойти под руку выскочки Лиса и воевать против своих соплеменников. Его воспитывали в убеждении, что волк дерется, только защищая свое: земли, семью, стаю. Тогда это казалось единственно правильным. Увы, не все в его клане думали так же, и юный Фрэнк оказался для своих едва ли не предателем. Тогда он ушел. Волк ведь может быть и одиночкой.
В Нидаве в то время хватало беженцев с земель оборотней, и затеряться в общей массе не составило труда. Фрэнку повезло: он нашел работу по душе. Поначалу сыск заинтересовал его тем, что ничего подобного у себя на родине Фрэнк не знал. Не совершали перевертыши преступлений исподтишка. А если и совершали, то делали это так, что никто ничего заподозрить не мог. И это тоже открыло глаза на многое. Уже несколько лет спустя, вспоминая некие странности в жизни клана, Фрэнк понял, что в укладе соплеменников хватало и убийств из-за угла, и воровства, и насилия. Просто преподносилось это все либо как несчастные случаи, либо как благородные порывы во славу доблести. Хотя доблести в том никакой и не было.
Лет через десять после того, как Волк эмигрировал к людям, Марвин Лис, окончательно утвердившись на троне, издал закон об амнистии для беженцев. Многие потянулись обратно, но не Фрэнк. К тому времени он возглавил сыскное отделение в Ночернии. Ну, отделение – это громко сказано, конечно. Под началом оборотня было два человека, да еще местная ведьма считалась приглашенным экспертом. Впрочем, она не подчинялась никому. Ночерний был городком тихим, серьезные преступления там совершались нечасто, однако работы по мелочи все равно хватало. Да и уважение, которое Волку удалось снискать среди местных жителей благодаря нюху и обретенным навыкам, добавляло существованию здесь особой приятности. Менять такую жизнь на что-то другое Фрэнк поначалу не хотел.
Однако время шло, и перевертыш заскучал. Но и тут ему, можно сказать, повезло: случилось в деревеньке неподалеку от Ночерния громкое убийство, которое нюхачу раскрыть оказалось совсем не сложно. Оно-то Фрэнка в определенных кругах и прославило. Начальство приметило Волка и предложило перевод в Мурц. Да, пусть всего лишь следователем, но зато какие перспективы!
И они не преминули открыться. За пять лет, работая не только за совесть, но и в удовольствие, Фрэнк поднялся до старшего следователя. Его ценили, дела поручали, хоть и сложные, но интересные, да к тому же, познакомившись с одной милой вдовушкой, Волк начал подумывать о том, чтобы остепениться. Все было прекрасно.
Пока руководителем отдела, в котором работал Фрэнк, не поставили двадцатилетнего мальчишку, едва закончившего университет. И то, что был этот сопляк незаконным королевским отпрыском, делало его в глазах матерого сыщика лишь еще менее достойным. Впрочем, не только Волк посматривал свысока на выскочку. Джареда Тернеса в Мурцском отделении сыскного департамента мало кто воспринял всерьез. Разве что две девицы – одна секретарша начальника, вторая – пишмаш-барышня, принимавшая жалобы от граждан. Но вот их самих не воспринял всерьез уже королевский бастард, хоть и был вежлив и мил с дамами. Это оперативники и следователи тоже записали ему в крупный минус. Обидно же, когда ты обхаживаешь девушек – а этим занимались все мужчины без исключения, даже безнадежно женатые, - а потом появляется столичный хлыщ и занимает все помыслы прелестниц!
Конфронтация с мини-начальником особо расцвела именно в том отделе, где работал Фрэнк. Ненаследного принца невзлюбили все. А эта зараза беловолосая словно и не замечала, что сослуживцы смотрят на него косо. Улыбался, говорил комплементы сотрудникам – то по работе, то еще по какому-то поводу. Ничего его не брало!
В этом противостоянии характеров прошло больше года. А потом случилось то, что случилось. Банду, грабившую плантации драгоценной шиузы и резавшую сторожей, как капусту на грядках, наконец удалось выследить. Более того, Волк готов был по запаху привести оперативников в их главное логово. Но у места операции Джаред Тернес вдруг объявил, что пойдет сам. Без поддержки. Глупый, глупый мальчишка! Он наконец-то дорвался до возможности что-то доказать себе и окружающим. Зачем?
Он оказался силен. Так силен, что положил половину малины. Правда, в какой-то момент на Тернеса навалилось слишком много противников, и королевский бастард лишился своего идеально ровного аристократического носа. Но спецназ не стал ждать, когда Джаред разберется с обидчиками. Группа захвата пошла на штурм, а следом за ней – и сыщики. Тогда-то Фрэнк и попал под подлое заклинание. И лишился нюха в человеческой ипостаси. Самое обидное, что, по идее, заклинание должно было ослепить человека, но на оборотня подействовало иначе, а потому и снять его сразу не удалось. Маги-целители настроены были оптимистично, обещали, что со временем нюх Фрэнка восстановится, и даже проводили раз в год какие-то процедуры. Но пока особых улучшений от них Волк не чувствовал. Поэтому он и ушел из сыска, спрятался от всех в глуши. Да еще и милая вдовушка тогда потеряла к пострадавшему всякий интерес, и Фрэнка уже ничего не удерживало в Мурце.