Они расстались, и процедура развода уже запущена. Теперь он будет просыпаться в своей постели один, потому что запечатленную сюда не пустит.
Увы, надежда не оправдалась — гнев и раздражение, хоть и поумерились, никуда не делись. Но Шарль счел, что сумеет держать себя в руках, а откладывать разговор с запечатленной бессмысленно. Лучше все равно не станет.
Секретарь сообщил Шарлю, что Пьер вернется к своим обязанностям сопровождающего звездных гостей, как только покинет больницу, где ему предстояло провести ближайшие сутки. Шарль только поморщился. Он не видел ничего зазорного в том, чтобы воспользоваться помощью Таринхаи, если это могло помочь сэкономить время, но решение Пьера по большому счету не осуждал. Сейчас он предпочел бы не обсуждать произошедшее с родней, и потому отсутствие Пьера было ему только на руку.
Тот же секретарь уточнил для него местоположение Шайны Миури, но отправиться на встречу с ней сразу не получилось.
Ему позвонил Ляо Ривенхаи, первый, кто откликнулся на его просьбу о разводе.
Глава рода Ривенхаи был старейшим в Совете, и, хотя владетели были равны, к Ляо зачастую охотно прислушивались. Он прожил долгую жизнь, многое повидал и всегда судил обо всем взвешенно. И потому Шарлю не понравился хмурый вид собеседника.
— Ознакомился с твоим письмом, — после приветствия сообщил Ляо.
И замолчал. Пауза затянулась, так что Шарль не выдержал первым:
— И что думаешь?
— Это подозрительно, — неожиданно заявил владетель.
— Прости, что? — изумленно уставился на него Шарль.
Он видел ситуацию какой угодно, но не подозрительной. Просто стечение обстоятельств.
— Я посмотрел информацию об этой женщине. Шайна Миури, верно? Единственная молодая женщина среди наших звездных гостей. И знаешь ли ты, что она присоединилась к экспедиции буквально в последний момент?
— Нет, — вынужден был признать Шарль.
К своему стыду, он вдруг понял, что вообще ничего не знает о своей запечатленной, просто не удосужившись поискать о ней информацию. Но Шайна Миури была ему не интересна, как личность. От нее ему было нужно только тело и способность родить. Поэтому Шарль не видел необходимости узнавать что-либо об этой женщине.
— И вот, при данных условиях она каким-то образом прикасается к тебе — и оказывается твоей запечатленной, — хмуро продолжил Ляо. — Слишком много совпадений, чтобы это оказалось случайностью.
— Ляо, запечатление невозможно спрогнозировать или запустить принудительно, — напомнил Шарль.
— То, что нам не известны эти способы, не означает, что их не существует, — возразил Ривенхаи. — Не забывай, это империя создала нас. Они забыли о нас больше, чем мы когда-либо знали о себе. В их распоряжении лаборатории, в которых создавались кадхаи. Я бы не стал сбрасывать со счетов такую возможность.
Звучало довольно разумно, но Шарль покачал головой:
— Но зачем это им?
— Если бы я только знал ответ на этот вопрос, — покачал головой Ривенхаи. — Увы. Могу лишь предположить, что они хотят заполучить младенца кадхаи.
Шарль приподнял бровь:
— Зачем? Если они могут создавать кадхаи, им нет нужды отправлять кого-то на Таншу ради младенца.
— Возможно, им интересно исследовать разницу между рожденным от кадхаи на Танше и от кадхаи, никогда здесь не бывавшем. Не знаю. Но боюсь, их цель — твой ребенок. Заметь, они хорошо подготовились, выбирая, кого запечатлить. Любой другой без раздумий избавился бы от иномирянки, зная, что может найти запечатленную на Танше, — Ляо снова умолк.
Но Шарль понял недосказанное. Из всех владетелей он был единственным, кто точно знал, что на Танше нет подходящей ему женщины.
И эта деталь делала предположение Ривенхаи пугающе правдоподобным.
Могло ли быть так, что Шайна прекрасно знала, что делает? Что она спланировала запечатление? Что разрушила его жизнь сознательно — и хочет отнять то единственное, ради чего Шарль вообще оставил ей жизнь? Возможность вырастить сына…
Раздражение против запечатленной вновь поднялось волной.
— Она никак не могла подстроить нападение орила, — покачал он головой.
— Но могла воспользоваться шансом, — возразил Ляо.
— Значит, ты не дашь своего одобрения на развод? — ровным тоном спросил Шарль.
— Я не собираюсь отговаривать тебя Шарль, — вновь удивил его Ривенхаи. — Ты получишь мое одобрение, но, прежде чем воспользоваться им, хорошо подумай. И в первую очередь о том, как уберечь ребенка. Если кто-то ведет свою игру, ничто не мешает воспользоваться ею в своих интересах.