Несмотря на то, что Шарлю уже доводилось делать предложение, волновался он, как впервые. Ведь владетель совсем не был уверен в ее согласии.
Сделать предложение Шайне он решил в той же беседке, где их последнее свидание вылилось в настоящие отношения. Хотя Шарль не верил в приметы, но счел, что это хорошее место.
Организовать романтический ужин труда не составило. Он хотел порадовать Шайну, а потому сюрприз получилось сделать без проблем.
Шайна не скрывала восхищения романтичностью обстановки, и ее искренний восторг слегка успокоил волнение Шарля.
Они поужинали, поддерживая непринужденный разговор, но Шарлю не удалось скрыть свое состояние. Или просто она очень хорошо его понимала.
— Шарль, прости за вопрос, но у тебя все в порядке? Ты кажешься обеспокоенным.
— Слегка волнуюсь, — признался он.
— Это как-то связано с этим? — она обвела рукой убранство беседки и едва заметно улыбнулась.
— Да, — не стал отпираться Шарль. — Шайна. Я знаю, между нами все началось не очень хорошо. Но ты… ты — лучшее, что случилось в моей жизни. И я хотел бы, чтобы ты осталась в моей жизни навсегда. Я люблю тебя, Шайна Миури. Согласишься ли ты, — он встал перед ней на одно колено и протянул ей коробочку с колье из бусины-артефакта, — стать моей женой?
Шайна широко распахнула глаза, словно не ожидала таких слов. И молчала.
Пауза затягивалась, и Шарль начал сомневаться, что дождется согласия.
— Шарль… — она будто очнулась и вдруг улыбнулась: — Я уж думала, ты никогда не спросишь. Мой ответ — да.
И она взяла колье.
В этот же миг горячая, почти обжигающая волна тепла прошла от запястья до локтя Шарля. И узор на руке Шайны, едва выделявшийся на ее коже, вдруг вспыхнул, наливаясь цветом — и охватил все ее предплечье.
Взглянув на свой узор, Шарль убедился, что тот тоже стал полным.
Кадхаи не удержался от счастливого смеха, подхватил Шайну и закружил ее:
— Спасибо, любовь моя.
Она жарко поцеловала его, прежде чем сказать:
— И кстати. Я тоже.
— Что — тоже? — мимолетно удивился Шарль, слишком счастливый, чтобы беспокоиться о чем бы то ни было.
— Люблю тебя, мой рыцарь.
Эпилог
Врата восстановили работу только через пять лет, но это событие прошло мимо Шайны, потому что уезжать с Танши даже ради науки она не планировала. Просто здесь был ее дом и семья. То, о чем она мечтала с детства, никогда особо не веря, что однажды найдет место, которое сможет назвать своим, и где будет счастлива.
А ведь, соглашаясь на предложение Шарля, она полагала, что это не сильно изменит ее жизнь. Что она возобновит полевую работу на других планетах, и у нее просто появится место, куда можно вернуться.
Шарль любил свой родной мир и сумел заразить Шайну этой любовью. И во многом это сыграло свою роль в ее согласии в тот день, когда он сделал ей предложение.
Хотя она не планировала становиться матерью так сразу.
А спустя пять лет у нее — любимый муж и двое сыновей-погодок, оставить которых она и помыслить не может. Даже на время.
К тому же ей хватало работы и на Танше. Она зря сомневалась, что цивилизация планеты недостаточно стара, чтобы нуждаться в археологических исследованиях. И здесь были свои темные века, оставившие белые пятна в истории. А после рождения первенца Шайна устроилась работать преподавателем в университете. И только когда дети подросли, начала вместе с ними выезжать на полевую работу.
Шарль ворчал, отпуская жену и детей на день-два, после чего открывал двери кадхаи, требуя, чтобы семья хотя бы ночевала дома. Но у него это был единственный повод для ворчания.
Порой Шайна и сама удивлялась, как обернулась ее судьба. Кто бы сказал ей тогда, при первой встрече, что суровый владетель кадхаи станет для нее любимым и любящим мужем? Отцом ее детей? А благословенная земля Танша — ее родным домом? И она, беглянка, разыскиваемая законниками империи, найдет здесь защиту и любовь?
А ведь рождения первого ребенка она ожидала с тревогой. Несмотря на то, что доверяла мужу и его уверениям, что ей ничего не грозит — что подтверждали и врачи — но подсознательный страх, который заставил ее сдаться стражам, не оставлял, отравляя ожидание рождения сына.
Но Пьера она простила. Он действительно желал ей добра и искренне сожалел о том, чем обернулось его попытка помочь.
За годы, проведенные в гарнизоне, Пьер заметно возмужал. Стал более серьезным, более ответственным и думающим наперед. Шарль был уверен, что в установленный срок племянник сможет вернуться в свой род.