А я вот не удосужился поинтересоваться подробностями жизни амазонок. Хотя и маги знакомые были, и разговаривал я с ними на разные темы за бутылкой вина. Но меня всегда интересовало самое большое чудо этого мира - магия. А амазонки казались такой же экзотикой, как кенгуру для чукчи. Есть и есть. Странно, удивительно, но мало ли странного в мире?
***
Замок Кронберг запирал вход в долину со стороны Алисона. За ним дорога начинала подниматься петлями на перевал.
"Не бедствуют графы, совсем не бедствуют, - размышлял я про себя, разглядывая эпические замковые постройки, возвышавшиеся над уходящей вдаль высоченной стеной. - Чтобы такое построить, нужны немалые деньги. Да и поддерживать в рабочем состоянии тоже расходы немаленькие. Наверно и нас пристроят где-нибудь там. Постройка новых стен, ремонт старых или сельским хозяйством поручат заниматься. Везде рабы востребованы. Вот только сбежать будет непросто. Патрули амазонок на главной дороге графства встречаются очень часто..."
Гостеприимно распахнутые ворота замка оказались не про нашу честь. Колонна бодро протопала мимо, направляясь в городок, расположившийся рядом с замком.
Прогрохотал засов на двери и рабы, подгоняемые тупыми концами копий быстренько втянулись в темные недра очередного барака.
Барак казался темным только когда входишь в него с яркого солнца. А когда глаза попривыкли к полутьме, то стало ясно, что окна, если их можно так назвать в бараке имелись. Узкие настолько, что туда могла протиснуться лишь не особо упитанная кошка, высокие, словно бойницы в замке, света они пропускали совсем чуть-чуть, но зато их было много. Что позволяло экономить на освещении днем, а ночью видимо надо было спать, а не заниматься неизвестно чем. И поскольку подавляющее большинство рабов составляли бывшие крестьяне, то их такой режим вполне устраивал. Ну, а нас с Полем никто и не спрашивал, что нам нравится, а что нет, нам пришлось подстраиваться под этот график.
Этот барак, по сути, каменный сарай был огромным и плотно населенным. Сколько там валялось на соломе рабов, было неясно: двести, триста, а может и больше. Наша компания из пятидесяти человек выглядело очень скромно в этом набитом битком бараке. С трудом мы с Полем нашли свободное место и упали на солому. Судя по всему, наше пешее путешествие подошло к концу и требовалось отдохнуть перед новыми испытаниями. А то, что они будут, это было для меня совершенно очевидным. Ведь не зря слово `раб` и слово `работа` имеют общий корень.
- А Марию повезли дальше, - вздохнул Поль. - И где мне ее искать?
- Завтра будем расспрашивать аборигенов. Тут такое количество народа, что кто-то что-то да знает о том, что нам всем предстоит в ближайшем будущем. Может и о женщинах, что узнаем.
Рано утром мы были разбужены загомонившими соседями. Надоедливо храпевшие всю ночь рабы с мисками наизготовку устремились в сторону входа в барак. Всё было ясно без слов. Предстоял завтрак. Мы с Полем нашарили врученные нам вчера при вселении грубые глиняные миски и влились в этот поток. Получив по миске вареной чечевицы, отошли в сторону. В принципе можно было быстренько навернуть чечевицу и встать за добавкой из другого котла где, судя по всему было сварено нечто овощное, не то репа, не то брюква.
Многие так и делали. Котлов было четыре штуки и никто особо не следил за тем, чтобы ограничить число подходов. Меня этот шведский стол нисколько не воодушевил. Нам с Полем хватило одной чечевицы, чтобы напрочь заглушить проснувшийся было аппетит. Запили мы наш завтрак водой из стоявшей при входе бочки и решили, не откладывая приступить к выкачиванию информации из аборигенов. Ведь должен же кто-то что-то знать о том, что нам предстоит.
Обитатели барака после завтрака немедленно разбились на кучки по интересам. Карты и кости имели наибольшее число поклонников. Я и Поль разделились, решив позже обменяться выуженной информацией.
Я неспешно брел по центральному проходу барака и вертел головой по сторонам. К игрокам я не совался. Нечего людей отвлекать от дела. Могут не только устно послать далеко, но и по шее настучать для убедительности. К группам болтающих меж собой тоже не лез. Неизвестно о чем там сговариваются. Может не для посторонних ушей что-то предназначено. Вот я и высматривал одиночек валявшихся на соломе после завтрака. Вот только определить прибыли ли они вчера-позавчера или уже давно тут кантуются, было трудно.
Огненно-рыжая борода привлекла мое внимание. Она торчала почти строго вверх, а ее обладатель крупный мужик в черной кожаной жилетке надетой поверх зеленой рубахи и в шароварах в сине-красную полоску валялся на соломе кверху пузом, переваривая завтрак.