Сабрина, озабоченная неожиданной реакцией Лили на отсутствие Марка, столик проигнорировала. Она лихорадочно прикидывала про себя, о чем можно говорить, а о чем лучше помолчать, дабы сохранить свое здоровье, а может даже и жизнь. Лили надеявшаяся на скорую встречу с Марком всерьез расстроилась, пребывала в печали и никакие халифатские сладости ее не интересовали. Одна Марианна меланхолично закидывала в рот крупные виноградины и созерцала огонь в камине.
- Как вы наверно помните, я, десяток моих подчиненных и Марк выехали замка за пятью сотнями золотых. Мы без происшествий доехали до Вилле-Котре, а дальше пошли пешком, поскольку по почти заросшей лесной тропе лошадей было не провести...
По итогам своих размышлений Сабрина решила не упоминать об своих страстных ночах с Марком. Ни к чему хорошему такие откровения привести не могли, а к делу прямого отношения не имели. В остальном она решила придерживаться правды, и только правды.
Когда она завершила свой рассказ, на некоторое время в кабинете воцарилось молчание.
Сабрина плеснула себе в бокал розового, чтобы смягчить натруженное рассказом горло и, попивая вино, стала ожидать вопросов, нисколько не сомневаясь в том, что они последуют.
- Где теперь искать Марка? Из твоего рассказа я так поняла, что ты не имеешь представления, куда его продали! - спросила помрачневшая Лили.
- Его отправили в графство Кронберг. Это без сомнений, а вот кто конкретно купил... Да, я не знаю, но узнаю. Марк спас мне жизнь, и я найду его!
- Я еду с тобой! - заявила Лили.
Сабрина совершенно не обрадовалась этому заявлению.
- Это не разумно. В графстве Кронберг маги не котируются. Там если и будут разговаривать, то только со своими. Я приложу все силы, чтобы найти Марка. А если хочешь помочь, то лучше дай мне пару сотен золотых монет. Скорее всего его придется выкупать...
- У меня только сотня осталась. Пятьсот Марианне отдала за Марка, а остальные вложены в дело. Алхимическая лавка у меня в Рангуне, как вы знаете, и изъять вот так быстро деньги из оборота я не могу.
- Тогда тебе Марианна придется дать мне двести золотых. Хоть Марк ныне уже и не твой раб, но тайник можно найти только с его помощью...
- Ну и что я выигрываю, если дам двести золотых... - кисло заметила Марианна.
- Дашь двести, получаешь пятьсот монет, не дашь вообще ничего не получишь...возможно, - многозначительно глядя на Марианну, сказала Сабрина.
- Ладно, - нехотя согласилась Марианна.
- Тогда завтра утром и выеду. Время терять не стоит.
***
Прошел месяц с того времени, как я обрел новую хозяйку. Деревья в лесу и в садах окружавших усадьбу Лидии сбросили всю листву и стояли голые. Их черные стволы четко виднелись на фоне бледно-голубого неба. Было прохладно, но не холодно. Ни снега, ни заморозков здесь в этой долине прикрытой со всех сторон от холодных ветров не бывало. Но ночью было совсем не жарко, а потому трубы печей и каминов в усадьбах сеньор и замке графини дымили без перерыва.
Я мирно сидел на лавочке в саду и спокойно переваривал вкусный обед. Солнышко ощутимо грело. Ветер монотонно шумел, раскачивая яблони и груши. Лавочка была удобной и меня тут же начало клонить в сон. Что было не удивительно, поскольку я вел преимущественно ночной образ жизни.
Такой образ жизни определился сразу по прибытию в усадьбу Лидии после торгов. Нас с Полем посадили на одну лошадь и к вечеру под заботливым присмотром пары амазонок из личной охраны Лидии обе ценные покупки сеньоры Лидии добрались до усадьбы.
Да, к моему удивлению Лидия купила и Поля, которого выставили на продажу где-то во третьем десятке. Лидия оказалась любительницей симпатичных молодых мужчин, что вообще-то говоря не такая уж и редкость среди женщин ее возраста. А ей, по моим прикидкам, было далеко за сорок. Правда, Поль обошелся ей в сущую ерунду по сравнению со мной: всего в пятьдесят золотых. Особой борьбы за него не было, поскольку было понятно, что еще довольно долгое время отдачи от него не будет. А всем как обычно хотелось здесь и сейчас. Вперед глядеть никто не хотел.
По прибытию в усадьбу Поль был передан в руки заинтересованно разглядывавшей его экономки, тех же лет и тех же габаритов, что и Лидия. А меня отправили на второй этаж в кабинет Лидии. Помещение, где она разлеглась на уютном мягком диванчике, можно было назвать кабинетом. Поскольку тут имелся большой стол и куча бумаг с сургучными печатями разных цветов. Очевидно, на диванчике хозяйка кабинета отдыхала, устроив себе перерыв от трудов праведных.