Марианна одним глотком допила вино в бокале и спросила раздраженно, недовольная тем, что энергичный, ловкий помощник де Омрона вдруг начал мямлить и откровенно тянуть время.
- Так кого ты там увидел? Скажешь ты мне, в конце-то концов, или так и будешь туман напускать?
Вновь согнувшийся до максимально возможного уровня Стог подошел вплотную к сидевшей в кресле герцогине.
- Его! Того самого, у которого я был слугой! Еще тогда... давно! - прошептал он, и поскольку при этом пребывал в глубоком поклоне, то его губы очутились как раз напротив очаровательного изящного уха Ее Сиятельства, украшенного длинной вычурной золотой серьгой.
В первый момент Марианна не поняла о ком идет речь и уже раскрыла рот, чтобы выругать по-прежнему темнившего слугу, но тут же сжала губы вместе так, что они превратились в узкие полоски. Ее рука непроизвольно стиснула золотой кубок с такой силой, что побелели пальцы и кубок к ужасу Стога начал сминаться под ее хваткой. С легким треском кубок вдруг сдался и превратился в нечто бесформенное. Марианна некоторое время молча смотрела расширившимися глазами на огонь в камине, не обращая внимания ни на что вокруг. Наконец она нарушила молчание и хриплым голосом спросила.
- Кто-то присматривает за ним?
- Да, Ваше Сиятельство! Я оставил семерку стражников во главе с десятником Консом около таверны. Если он попытается выехать сегодня, то его вежливо остановят и попросят остаться в таверне до решения Вашего Сиятельства. А если он ляжет спать, что более вероятно, то стражники даже не появятся в таверне!
Марианна задумчиво кивнула и сказала.
- Выйди за дверь и подожди там! Мне нужно подумать!
Стог метнулся к двери, словно его укололи шилом. Оставшаяся в одиночестве Марианна поднялась из кресла, прошлась по комнате. На ее лице, сразу после исчезновения Стога возникла непередаваемая гримаса из ненависти и радости.
- Итак, мой беглый муженек! Ты попался! И теперь тебе сбежать не удастся! - искривив губы, она издала странный каркающий смех и тут только обратила внимание на смятый кубок, который по-прежнему держала в своей руке.
- Да, да именно так, как вот с эти кубком я с тобой и расправлюсь! - герцогиня швырнула смятый кубок в огонь.
- Заходи! - велела она. Дверь немедленно распахнулась.
- Те стражники не знают ... ничего?
- Нет, Ваше Сиятельство! Они знают лишь то, что за ним нужно следить!
- Так, с ними разберемся позже. Кто он теперь? Как его зовут? Что он тут делает?
Ты надеюсь, узнал это, прежде чем устремился в замок?
- Да, Ваше Сиятельство! Зовут его Марк Риз. Простолюдин...
- Вот как! Простолюдин?! - со зловещей усмешкой переспросила герцогиня. - Ну что ж тем проще будет...- герцогиня запнулась и потом велела Стогу. - Продолжай!
- Простолюдин, как я сказал, но командует пятнадцатью наемниками охраны дворянской четы де Вильнев с запада империи. Супруги едут на заседание королевского суда. Какая-то тяжба там, - зачастил Стог.
- Охраняет чету дворян... Вот как! - задумалась герцогиня. - Прекрасно! Теперь слушай инструкции. Я сейчас напишу приглашение для этих де Вильнев на завтрашний бал, а ты отвезешь приглашение и вручишь им. Когда они примут приглашение, а я составлю его так, чтобы не посмели отказаться, то твоей задачей будет только проследить за тем, чтобы этот ... Марк Риз не улизнул, когда поймет, что запахло жареным. Если он с четой поедет в замок, то его не трогать, а незаметно сопровождать. Проконсультируешься с де Садом. Пусть выделит два десятка, нет три десятка стражников для наблюдения. Он опытен в этом. Ну, а если этот Марк надумает сбежать, не церемониться: скрутить и доставить в замок. В камеру его, в подземную, да старайся не болтать. Если спросит кто, говори всем, что это должник Лили. Должен ей почти триста золотых, но не отдает. Проверить невозможно, семья Лили погибла при пожаре в имении. Кстати, эта версия будет и для де Вильнев, если вдруг они удивятся, увидев своего начальника охраны в кандалах! Понял!
- Понял, Ваше Сиятельство!
- И еще раз предупреждаю: не болтай лишнего даже по пьянке! Последствия будут самые неприятные! Иди, жди за дверью! Я сейчас напишу приглашение!
***
Наступило утро. Я поднялся не поздно. Хотя в общем зале таверны уже слышался шум голосов. Народ завтракал. Я, зная, что господа наниматели любят утром поспать подольше, не торопился и потому был удивлен, когда, проходя мимо апартаментов подопечной супружеской четы, чтобы взглянуть на охрану у их дверей, увидел уже полностью одетого и готового к выезду Жака де Вильнев. Тот, увидев меня, обрадовался и заулыбался даже.