Ну а если у Марка в постели не получится соответствовать моему уровню, то переведу в прислугу и мне будет приятно видеть его и он будет счастлив, услужить королеве Рангуна..."
Мария сделала глоток кофе, закусила пирожным, и продолжила разглядывать Марка.
Одетый в немаркий, серо-черно-коричневый костюм нейтрального фасона, но из дорогого сукна Марк производил прекрасное впечатление, если бы не его большой, бросающийся в глаза, вызывающе уродливый рабский ошейник.
"Что за хозяйка у него такая? На костюм из дорогой ткани потратилась, а ошейник, который хорошо смотрится лишь на каком-нибудь каторжнике на галере или в каменоломне не заменила! Впрочем, тем легче мне будет убедить ее продать мне Марка. А если заупрямится, то напущу на нее Азарота с его подручными. В принципе можно даже с де Бофор притормозить немного. Пусть сначала хозяйку Марка пугнут немного".
- Ты мне нравишься Марк и я беру тебя к себе на службу. С твоей прежней хозяйкой я договорюсь. Потом сообщи Карлине, кто твоя хозяйка, где живет и прочее. Я полагаю проблем с продажей тебя не возникнет. Сейчас же, первым делом отправишься в дворцовую кузню, где тебе заменят этот ужас на шее, на что-нибудь более симпатичное...
Тут вдруг молчавший Марк не очень вежливо перебил Марию.
- Я так понимаю, Ваше Величество, что вы хотите взять меня на службу. А в каком качестве, позвольте вас спросить?
Мария недовольно прищурилась.
- Да уж не командующим гвардией Его Величества и не первым министром, и даже не командиром моей охраны... Ты будешь скрашивать мне своим присутствием дни и особенно ночи...понимаешь?
- Понятно, но я не это хотел узнать. Я хотел узнать, буду ли я скрашивать Вашему Высочеству дни и ночи свободным человеком или ошейник останется у меня на шее, просто став более, как вы сказали, симпатичным?
- Я еще не решила, но в любом случае это произойдет не скоро и для этого тебе Марк придется изрядно постараться. Если я буду довольна, то тогда и можно будет вернуться к этому разговору, а пока...
- Извините меня, Ваше Величество, - снова бесцеремонно перебил Марию Марк. - Но тогда я вообще не вижу оснований менять мне хозяйку. Моя нынешняя хозяйка обещала мне буквально то самое. А раз так, то я полагаю, что мне следует отклонить столь лестное предложение Вашего Величества.
Марк с интересом воззрился на Марию, ожидая реакции на свое заявление. И она последовала. Эта реакция. Сначала Мария сильно покраснела.
- Ты - очень наглый раб!
- Да, Ваше Величество! Вы, несомненно, правы! - Марк склонился в глубоком поклоне.
- Именно это мне уже неоднократно говорили все мои хозяйки, но безрезультатно... Я видимо неисправим.
Мария уже немного пришла в себя.
- Ты Марк мне не безразличен и только поэтому я попробую сделать то, что не удалось твоим хозяйкам: перевоспитать тебя. Сейчас я отправлю тебя в тюремную камеру на пару недель на хлеб и воду, а там посмотрим. Если признаки улучшения появятся, то лечение можно будет смягчить, а то и вовсе прекратить, если же нет, то придумаю что-нибудь еще. Хозяйке твоей, если она вдруг явится ко мне, сообщу, что ты оскорбил меня, а виноват в этом не только ты, но и она, раз не занималась твоим воспитанием. Она мне еще и приплатит за то, чтобы я забыла про ее вину.
Мария взяла в руки колокольчик для вызова слуг.
- Подождите, Ваше Величество! Прошу вас не надо вот так сразу меня в камеру. Я уже осознал свою вину и обещаю, что подобного больше не повторится. Я буду молчалив, как рыба, заботлив, как наседка и трудолюбив как муравей. Прошу вас дать мне возможность на деле доказать это.
Голос у Марка задрожал, стал прерывистым, он согнулся в глубочайшем поклоне перед Марией.
"Вот так и надо с ними обращаться! Быть суровой и беспощадной, тогда будут уважать и бояться! А может быть даже и любить со страху!"
Мария поднялась из-за стола.
- Пойдем со мною, Марк! Сейчас проверим, насколько ты трудолюбив. И уже после проверки решу, куда тебя направить: вниз в тюремную камеру или оставить здесь, при себе.
***
Я лежал в мягкой уютной постели в спальне Лили. Самой Лили еще не было.
"Видимо здорово продавцы всего за два месяца развалили магический бизнес Лили, если она целыми днями пропадает в лавке", - подумал я, заваливаясь в постель. Я был рад, что магесса отсутствует. Мое физическое и душевное состояние после возвращения из королевского дворца оставляло желать лучшего. Душевное состояние было неважным из-за того, что я не мог простить себе неверной оценки намерений Марии в отношении меня. Я с чего-то вдруг решил, что раз выгляжу, как улучшенный, омоложенный вариант самого себя девятилетней давности, то Мария будет подсознательно воспринимать меня, как Маркэля с соответствующим ко мне отношением.