- Откуда он тут взялся?! Еще недавно никого не было! - незнакомый холодный голос, медленно цедил слова.
- Каюсь, я в этом виноват! Наверно не следовало вмешиваться... А дело обстоит так...
Стог торопливо, почти взахлеб пересказал историю моего появления в замке.
- Выслужиться, значит, захотел! - резюмировал ставший еще холоднее голос. - А может двойную игру вести вздумал? Нас за нос поводить? А?
- Нет, нет! Это случайность! - в ужасе пискнул Стог. - Я исполню всё, что вы скажете! Могу Ее Сиятельство отравить, но тогда немедленно возникнет герцог и будет настороже. Могу убрать этого Марка, но тогда появятся вопросы у госпожи герцогини...
- Да задал ты задачку... За те деньги, которые мы тебе платим, а особенно за те, что обещаны, можно хоть немного мозгами пораскинуть и рискнуть. Вот какого... ты его тронул?! Ехал человек мимо и пусть бы себе ехал. Возвращаться он явно не собирался. Нет, ты со своим дурацким усердием влез... или забыл кто у тебя истинный хозяин? Так ведь могу и напомнить!
- Нет! Я помню! Не надо! Всё сделаю!
- Ладно, не трясись ты так. Сделаешь дело и получишь обещанную награду. Но вот с кого начать?
Наступило молчание. Я не отрывал свое ухо от дырочки в стене.
- Сначала уберешь раба! Это сделать просто и подозрений не вызовет. Яд, сделав свое дело, распадается на простые составляющие и никто ничего не заподозрит. Вот бутылочка с ядом. А как им пользоваться я сейчас объясню.
Дальше подслушивать было нечего. Технические подробности моего убийства меня не интересовали. Нужно было спасаться. Даже рабская жизнь имела свою приятные стороны и расставаться с ней лишь потому, что какой-то негодяй решил прибрать герцогство к рукам, я был категорически не согласен.
Еще в первые свои прогулки по тайному ходу я проверил все точки выхода и выяснил, что в подвалах замка было всего два выхода. Но зато какие выходы! Один в оружейную, а другой в сокровищницу Марианны. В сокровищницу я только открыл дверь, но входить не стал. Даже из тайного входа были видны сложные заклятья и плетения, нагусто опутывавшие пространство немаленькой сокровищницы.
Лили постаралась. Обезопасила тут всё. И если не сгоришь, то всё равно поднимется такой шум, что и взять-то ничего не успеешь. Поэтому в сокровищницу я не пошел. Хотя медных и серебряных денег там было полным-полно, не то, что в моём личном хранилище, где лежало одно только золото вперемешку с драгоценными камнями.
А вот по оружейной не защищенной ничем, кроме массивного замка на входной двери я побродил. И на всякий случай создал свой небольшой арсенал прямо посреди тайного входа, чтобы не мотаться вниз, в подвалы, когда нужда настанет. Вот она и настала. Я застыл над кучкой лежавшего на полу оружия.
"До комнаты идти метров пятьдесят. Немного, но и не мало. Можно встретить кого-нибудь. И если кто-то мне встретится, то он обязательно запомнит, что видел в коридоре Марка, да еще и вооруженного арбалетом или мечом. И когда начнется разбирательство, а оно обязательно начнется, то возникнет вопрос, что делал вооруженный до зубов Марк рядом с комнатой, где случилось убийство? Ведь он должен мирно лежать в лазарете в это время и болеть.
Значит, ничего бросающегося в глаза брать нельзя. Что остается? Кинжалы? Так там их двое. Убрать надо обеих, а пока я кинжалом буду резать глотку одному мерзавцу, другой обязательно пырнет меня чем-нибудь острым в спину... Тогда остаются только метательные ножи".
Я повесил перевязь с двумя ножами под рубашку и побежал, насколько это было возможно к ближайшему выходу. Ножи я умел метать очень неплохо. Пришлось обучиться этому искусству самостоятельно. Несколько раз ножи оказывались последним доводом в спорах и спасали мне жизнь. Герцогу такие вещи не преподавали. Предполагалась, что ему должно было хватить на все случаи жизни умения обращаться с мечом, копьем, щитом. Да еще он, то есть я, на среднем уровне стрелял из лука и арбалета.
В коридоре к счастью мне никто не встретился. Перед дверью я извлек ножи и спрятал в широких рукавах рубашки. Затем я энергично постучал в запертую на засов дверь обиталища Стога.
Дверь открыл мне лично Стог. Увидев меня, он возрадовался чрезвычайно. Уже одно это должно было бы вызвать подозрение даже у ничего подозревающего слуги.
- Выздоровел уже! Отлично! Заходи! - сказал он мне, не прекращая сладко улыбаться.