А уж ночью, когда госпожа магесса становилась просто Лили, она просто взрывалась вулканом страсти. Ненасытность ее просто поражала. Такое впечатление, что она сдерживалась до встречи со мной, а теперь все тормоза разом исчезли и умиротворить ставшую просто ненасытной магессу было непросто. Но я старался, поскольку там, на заднем плане маячила такая перспектива, как каменоломни. От посещения которых я уклонился, но гарантию от ссылки туда в будущем всё-таки не получил.
"Новая игрушка поначалу всегда интересна, но проходит время, эта игрушка может прискучить и что тогда? Моего рабского статуса никто не отменял и в случае даже малейшего сомнения в моей нужности для Лили, Марианна с радостью отправит меня, куда подальше с глаз долой. И тогда, может быть, даже каменоломни покажутся мне привлекательным вариантом. Ведь там худо-бедно, но можно протянуть годик..." - так размышлял я, ласково гладя утомленную, но выглядевшую совершенно счастливой Лили, раскинувшуюся на своей роскошной постели под балдахином.
"Вот бы стать необходимым Лили не только ночью в постели, но и днем... Раз уж она таскает меня всюду за собой, точно комнатную собачку, то может предложить ей рассматривать меня, как секретаря на встречах? Надо же им хоть изредка делать какие-нибудь записи. Можно предложить свою помощь, когда она там в своей лаборатории готовит алхимические снадобья. Например, омолаживающие кремы или общеукрепляющие эликсиры. Этим обычно занимается ее ученица Натали, но помощник ученице не повредит. Особенно, если он будет занят какой-нибудь нудной работой. Что-то там растирать, смешивать, взбалтывать... Да и ученица у Лили не навсегда. Когда-нибудь она отправится в самостоятельное плавание... Так, а я, что уже начал рассматривать эту рабскую жизнь, как нечто окончательное и постоянное? Навсегда?! Ну, а что сейчас можно сделать, если снять ошейник может только Марианна? Да ничего! Можно лишь рассчитывать, что в будущем, когда я докажу свою лояльность, то может быть... Ладно, не стоит о грустном, тем более Лили уже ожила и кажется, жаждет продолжения праздника жизни..."
Тему своей нужности я затронул на следующее утро за завтраком. Завтракал я теперь всегда вместе с Лили. Чему был очень рад. Вкусно поесть я всегда любил, а в трапезной, где я обычно перекусывал, готовили, конечно, лучше, чем для рабов в бараках, но не настолько, чтобы удовлетворить мою тягу к вкусной пище. Вот только вина я не пил уже давно. Лили, не обзавелась еще привычкой, встречать новый день бокалом, другим хорошего вина. А на обед и ужин у Марианны, где Лили позволяла-таки себе выпить капельку вина, она взять меня с собой не могла: Марианна была категорически против моего присутствия у себя за столом в качестве сотрапезника, а не слуги.
За завтраком меня и Лили обслуживала лично Ния. Для Лили у нее всегда была наготове улыбка. А для меня имелся суровый вид и такой же голос. А всё потому, когда Лили заполучила меня в слуги, шантажируя Марианну, то она сообщила Ние, что мои просьбы и приказы та должна исполнять, а не обсуждать. Таким образом, раб, стал по факту старшим среди слуг Лили, а Ния пошла на понижение. И хотя я никогда ничего не просил, а уж тем более не приказывал ни Ние, ни остальным служанкам, но выскочек нигде не любят, и ничего удивительного в поведении главной служанки Лили не было.
Поэтому разговор я начал лишь тогда, когда Ния аккуратно поставив тарелку с яичницей по-аласонски перед своей истинной госпожой и брякнув такую же тарелку передо мной, удалилась.
- Лили! - сказал я, глядя на шипящую и трещащую жиром горячую яичницу.
- Да, Марк! - улыбнулась мне Лили.
- Может я могу помочь тебе? Например, я могу делать записи, на твоих встречах с Ма...Ее Сиятельством и другими важными людьми...
- Ты умеешь писать?!
Я хмыкнул.
- Я умею говорить, писать и читать на шести языках, включая старорангунский...
"А если считать и русский, то на семи ", - это уже я подумал.
Лили как раз в этот момент собиравшаяся отправить в рот кусочек яичницы, так и застыла с открытым ртом.
- Шесть! - потрясенно повторила она. - Ты что благородный?