Дальнейшему погружению в себя и размышлению на увиденную тему помешал резкий, как удар хлыста окрик Сабрины.
- Ты чего там, около дверей застрял? Иди сюда, располагайся...- Сабрина похлопала рядом с собой по лежанке, которая была, по крайней мере, вдвое шире, чем обычно бывают в тавернах и на постоялых дворах.
"Из двух лежанок, что ли составили?" - успел подумать я, перед тем как начать выкручиваться из щекотливого положения. Зрелище буграми перекатывавшихся мощных мускулов у женщины, (а то, что она - женщина, Сабрина без малейшей стеснительности продемонстрировала мне, как раз в этот момент, стянув с себя штаны) нисколько не воодушевило меня.
- Так я...это...ошибся дверью. Извините, что потревожил вас уважаемая госпожа Сабрина. Пойду я в свою комнату. Позади был трудный день, впереди не менее трудный... Следует отоспаться... - я сделал шаг назад, нащупывая рукой ручку двери.
- Интересно, в какую-такую свою комнату ты собрался? - искренне удивилась Сабрина. - В отряде вместе с тобой двенадцать человек, снято было шесть комнат. Все живут по два человека в комнате. Я полагала, что ты будешь спать со мной в комнате, но если ты предпочтешь, спать, например с Зизи или еще с кем-нибудь из моих девочек, то я не буду возражать...
- Так...
У меня резко пересохло во рту.
"Только не Зизи! Хотя если быть объективным, то Зизи еще может считаться милашкой на фоне некоторых из тех, которые сейчас там, внизу заигрывают с пришедшими просто попить пива после трудового дня мужиками. Вот кто попал, так попал! Придется на время, на сегодняшний вечер, стать оптимистом и считать, что стакан наполовину полон. Всё же это накачанное тело культуристки венчает симпатичная женская мордашка, крупноватая немного, но это не беда... и вообще: эта же, в конце концов, женщина, не потребует с меня пять перье за ночь. Наоборот курочку вот купила и на вино расщедрилась. Сплошные плюсы..." - так думал я, неспешно двигаясь в сторону кровати, на которой, заняв большую и лучшую ее часть, уже разлеглась полностью раздевшаяся Сабрина. Я не торопясь, начал снимать рубашку. Сабрина из-под своих густых длинных черных ресниц внимательно следила за процессом.
"Да и где я другую женщину тут возьму? Нет, поискать-то можно, но денег нет совершенно. А без денег ни к одной служанке соваться не стоит. А может и с этой понравится? Дорога она ведь длинная и если мои подозрения обоснованы, то без возврата. Так хоть получу удовольствие напоследок... Кстати, а если опробовать на этой амазонке все те штучки на которые повелась Лили? Если уж обычные женщины здесь, на внимание в постели к себе не особо рассчитывают то, что уж говорить про амазонок, которые только принуждением и находят себе партнеров..."
Мое настроение поменялось кардинально. Я ласково улыбнулся Сабрине, торопливо сбросил с себя штаны и нырнул в постель. Я обнял, насколько хватило моих рук, Сабрину, прижался к ней (прижать ее к себе, как это обычно было с женщинами не получилось) и страстно, долго поцеловал в губы. Удивленные глаза Сабрины раскрылись широко-широко. Но поцелуй она не только не прервала, но и в свою очередь обхватила меня руками.
- Ложись на спину! - прошептал я ей, когда прервал поцелуй, чтобы немножко вдохнуть в себя воздуха. - Я всё сделаю сам! Ты будешь довольна! Вот увидишь!
Сабрина не стала спорить, чего по правде я немного опасался и откинулась на спину, выжидающе глядя на меня.
"Вперед!" - подбодрил я себя.
***
Раннее утро. Грязная, в глубоких лужах дорога. Прохладно, несмотря на то, что дождя нет, и светит солнце. Густой лес по обеим сторонам дороги был уже желтого, бурого и красного цвета с небольшими вкрапления зеленого изредка прерывается голыми полями `украшенными` стогами соломы. Осень на дворе.
Я на своей смирной пегой кобылке снова еду в `коробочке` из четырех амазонок. Моя кобылка испуганно прядает ушами и всхрапывает, когда огромные злые жеребцы, на которых восседают окружавшие меня амазонки, игриво тянутся к ней пытаясь прихватить ее зубами. Всё как вчера, но не совсем. Сами амазонки, поглядывающие на меня сверху, уже не проявляют вчерашней активности.
Утром Сабрина ясно дала всем понять, что трогать меня не следует. Я принадлежу ей и мне позволительны некоторые вольности, которые обычно рабам не позволяются. Например, я снова сделал с утра индивидуальный заказ. Копченый угорь, паштет из кабанятины, и мясной пирог, которые я заказал себе на завтрак уже не вызвали вчерашней завистливо-недовольной реакции рядовых амазонок. Хотя, Сабрина `осчастливила` их чечевичной похлебкой с копченым окороком и пшенной кашей с салом. Еда конечно простая, но зато ее было много. Так что сыты по итогу были все.