— По спутниковым данным — порядка десяти тысяч.
— А на постоянной дислокации у аэродрома?
— Регулярный гарнизон 150–200 человек: взводы «Легиона 15 сентября», элита контрас, обученная аргентинскими и американскими инструкторами. Расчеты ПВО: 4 ЗУ-23–2, поставлены ЦРУ в 1982 году. Охрана топливных цистерн и ангаров от 50 до 70 бойцов. После разгрома Ла-Сейбы, переброшено около 300 человек из состава «Командо 360», которые подготовлены для рейдов в Никарагуа. Кроме этого: пилоты и техники «Ирокезов», около до 50 человек. Еще есть гражданские специалисты в форме Красного Креста, но с оружием, из лавочки ЦРУ под названием
«Гуманитарные миссии». Ко всему перечисленному могу добавить: мины — противопехотные «Клеймор», установленные американцами инструкторами по периметру, ловушки — натяжные провода с гранатами вдоль забора. И напоследок, дезориентация: макеты вертолётов из фанеры и ложные огни в 2 км от ВПП.
— Много. Намного больше, чем в Ла-Сейбе было…
В углу заскрипело кресло. Генерал, медленно поднялся:
— В семьдесят девятом так же поставляли «удобрения» для Сомосы. — Он провёл пальцем по снимку, оставляя жирный отпечаток на вертолёте с крестом. — Классическая схема «Blue Harvest». ЦРУ любит повторяться.
В этот момент «Друг» мягко перебил:
— Информация по судоходству: израильское судно «Nirit», выгрузило 200 тонн «сельхозинвентаря» в Лиссабоне. Через сорок восемь часов из порта должно отойти другое судно под панамским флагом, но с полностью израильским экипажем из бывших бойцов «Шайетет 13». Груз тот же — сельхозинвентарь.
— Как идентифицировал?
— Оружие. Пистолеты Beretta 71 с глушителем, автоматы Galil ARM в водонепроницаемом исполнении, магнитные мины LIM-2 для кораблей и несколько надувных лодок Zodiac.
— Что еще есть на этом судне?
— Вот тут самое интересное — только американское оружие, причем абсолютно новое.
— Совпадение?
— Не думаю. — ответил искин с таким выражением, будто бы подмигнул. — Судя по курсу, сейчас судно идет в Лиссабон, там загружает «сельхозинвентарь» и дальше в порт назначения.
— Куда?
— В один из портов Ирана…
— Куда⁉
— Так записано в судовых документах. А уже оттуда, в Пуэрто-Кортес, Гондурас…
— А не проще «сельхозинвентарь» в Лиссабоне забрать на обратном пути?
— А кто будет платить за хранение дополнительно 48–50 дней?
— Значит, во-первых — пошёл второй эшелон поставок, первый вертолётами, второй — морем. Во-вторых — не смотря на эмбарго, США тайно продают свое оружие Ирану, который сейчас вовсю воюет с Ираком… За деньги от этого покупает в Израиле дешевый трофейный хлам, а разница падает кому-то в карман в Вашингтоне… Лихо…
Все это генерал сформулировал мгновенно. Процедуры и нейроинтерфейс заметно увеличили его мозговую активность.
Я встал, подошёл к доске в углу. На ней — наброски планов, даты, порты, имена. Всё это после слов генерала, логично складывалось в одну картину.
— «Друг», запускаем протокол «Каменная Змея». Подтверди готовность к разведывательной фазе.
— Готовность через три часа. Местные погодные условия — оптимальные. Спутники США уйдут с орбиты наблюдения в течение 26 минут. Есть окно.
— Отлично. Тогда по плану.
«Друг» притих, но я знал — это тишина перед настоящей работой.
Я налил себе кофе и выдохнул. На бумаге — всё красиво. Но реальность не знает черновиков. Только чистовик, где цена ошибки — слишком высока.
Сандино в своё время говорил: «Москит опаснее пули, если знает куда кусать».
Атлантический океан,
250 миль к западу от Лиссабона
20:17 по судовому времени
Штурман Йонатан «Йони» Леви поднялся на капитанский мостик, поправляя потёртую кепку с выцветшим логотипом «Panama Maritime». В прошлом штурман-навигатор в ВМФ Израиля, во время рейда на Бейрут в 1982, самовольно изменил курс во время операции, и был уволен за «недисциплинированность».
Внизу, в трюме, гремели цепи — последние ящики с «сельхозинвентарем» укладывали под брезент. На палубе пахло солью и мазутом.
— Капитан, всё готово. Курс на Бендер-Аббас, как договаривались, — доложил он, но капитан Арик «Балу» Бен-Давид не ответил. Он смотрел в потертый бинокль на горизонт, где вечернее солнце превратилось в кровавую дыру.
— Ты видишь это? — капитан протянул бинокль.
Йони прижал холодный металл к глазам. На фоне багрового неба, прямо по курсу, зависло нечто. Не самолёт, не спутник — угловатый силуэт, похожий на перевёрнутую пирамиду. От него исходило мерцание, будто струи перегретого воздуха.
— Что за чёрт…