Тусклая лампа над столиком поскрипывала, еле держась в патроне. За стенами слышалось, как ветер шумит ветками сада. Где-то в них затаилась «Муха», отслеживая тепловые сигнатуры в зоне своей ответственности. В углу под аккуратно шевелился рембот, собирая раскладную жесткую крышу моей машины.
— Всё-таки необычное место мы выбрали для обсуждения полётов и финансовых потоков, — усмехнулся я, взглянув на генерала.
Я сосредоточил взгляд на нужной иконке нейроинтерфейса и на голографической плоскости между мной и генералом всплыла привычная синяя панель: поступил зашифрованный пакет от «Помощника».
— Доклад из Швейцарии. «Помощник» передал данные через спутниковый буфер. Входящий канал прошёл без перехватов, — тихо сказал он.
Я кивнул, и слегка подался вперёд. Лицо Филиппа Ивановича в полумраке выглядело сосредоточенным.
— Что там?
Измайлов прокрутил сообщение.
— Наш трёхбуквенный банк… по просьбе Вальтера, цитирую: «готов выдать всё, что пришло от аукционного дома — в наличной форме.» Более того, они могут доставить выданную сумму в любую точку Швейцарии — силами собственной службы инкассации.
Я молча вскинул бровь. Потом медленно отставил кружку с кофе в сторону.
— Прямо так и сказали?
— Чёрным по белому. «Fondante de la sécurité de transport» — отдел инкассации. Оборудованные броневики, своя логистика. По документам — доставка между филиалами. Без лишних вопросов.
— Правда интересно?.. — протянул генерал, слегка поджав губы. — Значит, хотят быть гибкими. Или проверяют нас. Или уже поняли, что к ним пришёл не просто фонд, а возможный партнёр по «деликатным» операциям.
Я откинулся назад и сложил руки за головой.
— В любом случае, открывается окно. Мы можем выводить кэш. Чисто. Официально. Без трассировки со стороны американцев.
— Пока, — заметил генерал. — Пока не перегреем трассу. Давай подумаем, что мы с этим можем сделать. Сумма небольшая?
— После аукциона — около 600 тысяч. Швейцарских франков.
— Берём всё?
— Думаю, нет. Надо попробовать «обкатать» маршрут.
Генерал прищурился:
— Как считаешь имеет смысл светить «Восход-банк»?
— Зачем? Меньше знают о наших делах — мы крепче спим. Попросим выдать тысячными купюрами, это будет шесть бандеролей. В туалете любого кафе Вальтер их передаст вам, выпьет чашку кофе и поедет к себе в офис, а мы в «Восход» на Шютценгассе 1.
— Остановка за малым — договориться в нашем банке.
Я кивнул:
— В таком случае надо сразу продумать маршрут последующего движения наличности. Кэш надо скрытно доставить на атмосферник.
Генерал усмехнулся:
— Думаю с этим проблем не будет, — сказал генерал, беря в руки сигару, — похоже, швейцарцы осторожно открывают перед нами двери. Осталось решить — мы зайдём с коробкой конфет… или с чем-то поинтереснее.
— Предлагаю и то, и другое, — усмехнулся я.
Генерал подлил себе кофе:
— Хорошо пошло. Но всё же, брат, чувствую — начинается новая партия. И ставки растут. Надо снова лететь в Цюрих…
Глава 34
Сквозь открытое окно лился тёплый ветер — с запахом соли и зелени. За дальним корпусом кто-то лениво заводил дизель. Я поставил на подоконник кружку с недопитым кофе и коснулся коммуникатора.
«„Друг“, доклад, — произнёс тихо, не размыкая губ.»
Ответ пришёл мгновенно. Всплыло объёмное изображение — голографическая таблица с красными и жёлтыми маркерами по строкам.
Генерал в своем кабинете, ничего не говоря, тоже рассматривал визуализацию доклада «Друга».
— Что это?
— Ежедневный отчёт. По тому самому медучреждению, где «умирала» Коралина. «Друг» завершил предварительное изучение связей. Совпадений слишком много, чтобы они были случайны.
Я провёл взглядом по таблице, увеличивая первые строки.
— На текущий момент идентифицировано 37 человек, по которым наблюдалась схожая последовательность событий:
— внезапная постановка тяжёлого диагноза,
— увольнение или вывод из штата,
— отсутствие последующей медицинской поддержки,
— блокировка доступа к страховке,
— отсутствие полноценного контакта с родственниками.