— Кто производил съёмку?
— Капитан, мы уже говорили на эту тему… Я информацию предоставил. Хочешь перепроверяй ее, хоть трижды, хочешь выброси в корзину, дело твое. А я никого не сдам… Могу сказать только, что кассеты извлечены на месте, носители продублированы. Имеется полная копия. Оригиналы — пока у Джованни в тайнике. Передавать их в дальше смысла нет, пока не установлены все фигуранты.
Лаптев откинулся на спинку кресла. Минуту молчал, затем заговорил:
— Есть возможность получить точные координаты мест, где это происходило?
— Уже передано. Адреса, время съёмок, даже освещение в комнате на момент записи. Потребуется подключение ваших коллег. Лучше, не сильно афишируя.
— Понял. А что по связям священника?
— Зафиксирован контакта с представителем немецкой дипломатической миссии, предполагаю что он сотрудник западногерманской разведки. Предполагаю, что им осуществляется финансирование нелегальных организаций, в том числе движения «Солидарность», под прикрытием Ватикана. Уже установлена прямая связь между педофильской сетью и разведоперацией западной разведки.
Капитан посмотрел на снимок мужчины в сутане, лицо которого было частично размыто.
— Этот точно Джованни?
— Да. Проживает в доме при костёле на Жолибоже. Национальность — итальянец. Прибыл по церковной линии. В документах — консультант по вопросам семьи и молодежи.
Молчание снова повисло в комнате. Потом Лаптев наклонился, собрал фотографии в стопку.
— Ладно. Оставь всё здесь. Постораюсь все сделать быстро и тихо. Но учти: чем глубже копаешь, тем грязнее становится. Это большая политика, и еще большие деньги.
— Именно поэтому всё зафиксировано. Всё проверено. Никаких домыслов. Только факты.
Капитан кивнул, затем поднялся и, подойдя к окну, тихо добавил:
— Только аккуратно, Борисенок. Этим людям не терпят врагов и если они появляются, то их устраняют.
Ночь выдалась на редкость тихой. Внутри квартиры царил покой: ритмичное дыхание Инны, шуршание её волос на подушке, слабое потрескивание углей в печи, всё нашептывало о безопасности.
Но внутри звенело тревожным предчувствием. Нейроинтерфейс не проявлял активности уже больше трех часов, что само по себе было подозрительно. Система работала стабильно, а значит, имел место умышленный саботаж или попытка изоляции.
Тревожный сигнал поступил резко и неожиданно. Голос «Друга» звучал с характерной искажённой задержкой:
«Потеряна связь с тремя дронами в секторе улицы Млынарска. Зафиксирована активность радиоэлектронного подавления. За минуту до потери — визуальный контакт с двумя неизвестными. Подтверждение: атака на канал связи. Вероятность намеренной операции — 94%.»
Поднявшись с постели, аккуратно укрыл Инну, стараясь не разбудить. Затем, бесшумно прошёл к себе в мастерскую. Там, среди аккуратных стопок бумаг и записей, уже мигал монитор диагностического терминала, замаскированный под переносной телевизор «Юность».
«Друг» вывел схему сети — три узла светились красным, а над ними возникли значки означающие «подавление сигнала». В нижнем углу всплыла короткая надпись: «Наблюдение обнаружено. Угроза высока.»
Связь с одним из резервных микродронов восстановилась частично. Он передал серию смазанных изображений — силуэт человека в вязанной шапке натянутой на глаза и поднятый ворот свитера тоже до глаз. В руке — портативный глушитель радиочастот. Следом в кадр попало лицо второго — явно европейская внешность, худощавый, с характерным надменным выражением.
В это же время на «Муха» в подъезде зафиксировала движение. На экране появилось изображение темного автомобиля без номеров, припаркованного в полуметре от входа. Внутри — двое. Один говорит в рацию. Система перехватила и расшифровала часть переговоров:
«Объект спит. Пока не выходим. Дожидаемся подтверждения.»
Следом немедленный анализ «Друга»:
«Автомобиль идентифицирован по модели и конструктивным особенностям как Fiat 125p. Вероятность принадлежности к иностранной разведке — 87%.»
Вариантов действий было немного. Выходить на улицу, однозначно означало прямое столкновение. Оставаться и ждать, значит добровольно отдать инициативу противнику. Пришлось мысленно активировать комплекс экстренного отвлечения: «Петля 3-Б», имитирующий сигнал перемещения меня через черный ход на соседнюю улицу, формируя голограмму моего тела. Через полминуты камеры дронов зафиксировали, как оба наблюдателя вышли из машины и поспешно направились к парадной, разойдясь в разные стороны. Один из них связался с центром: