Я потягивал шампанское, так и не решив, остаться или уйти, когда заметил его. Он сидел чуть в стороне от меня, почти боком, поэтому я увидел его, только перейдя к другой стене. Скорее симпатичный, чем красавец, скулы немного широковаты, и глаза чуть раскосые – потомок, мать его, гордых скифов. Я бы в жизни на такого не обратил внимания, если бы не его взгляд. Забудьте набившие оскомину сравнения: обжигающий-раздевающий, все это – ерунда, натренировать такой взгляд пару пустяков. Нет, этот парень не раздевал взглядом, а обнажался сам, до самого нутра: «На, смотри, лови мой взгляд, знай, я хочу тебя, я люблю тебя, я готов ради тебя на все и скрывать это не буду!». Вот такой был взгляд, и у меня, человека мало романтичного, волосы на загривке стали дыбом. Я отпил ледяного шампанского, и чуть не подавился, когда понял, на кого этот тип так смотрит. Чуть поодаль, спиной к нам стоял Андрей, обнимая Катю, они говорили с Димкой и весело смеялись. Не знаю, чей взгляд почувствовала Катя, мой или прикидывающегося серостью, глядящего на нее хищника, но она медленно, словно через силу, стала поворачивать голову.
Мое сердце забилось чуть чаще, рука с бокалом застыла – или сейчас произойдет что-то или… Я ждал, когда взгляды перекрестятся, уже зная, чем это может кончиться для Кати. На долю секунды взыграло похеренное давным-давно благородство, я был готов броситься наперерез и закрыть Катерину от пронизывающего взгляда, завопить на весь зал НЕ СМОТРИ НА НЕГО, но, во-первых, было поздно, во-вторых, моя подлая натура предсказуемо взяла верх, и я только поднес бокал к губам.
Катя повернула голову, встретилась глазами с незнакомцем, миг…
Вот она – квинтэссенция всего, сладчайший концентрат, мгновение рождения любви, вот она – сама любовь, все что после – пусть к ее концу.
Катерина резко отвернулась, прижалась теснее к Андрею и громко, я бы сказал слишком громко, напоказ, расхохоталась.
Конечно, после такого я уйти не мог. Тут же забыл и про Жана, и про планы, и про собственные фантазии. Как коршун следил я за этими двоими, а иногда за троими: за Катей, незнакомцем и Андреем.
Завораживающий танец взглядов: вот Катя смотрит на мужа – не заметил ли ее замешательства и тут же, украдкой, как ребенок подглядывает за взрослыми, стесняясь себя, взгляд на незнакомца и его ответный приглашающий, Катя резко отворачивается, Андрей замечает, встревоженно смотрит на жену и обводит взглядом зал, теперь черед незнакомца отворачиваться. И новый виток – незнакомец ищет глазами Катю, их взгляды перекрещиваются и время застывает, они сами застывают, пораженные, испуганные, вожделеющие, не думают ни о чем, не ведают, что я (а может не только я) слежу за ними. Взмах ресниц, и Катя опускает глаза, боже, как она хороша в этот момент, когда заливается краской стыдливости…
Я вжался в стену и не мог пошевелиться, попав под магию этого безумства. Неужели? Неужели наконец-то случилось?! Когда я и ждать перестал, и надеяться, Катя влюбилась. Почти влюбилась, все еще зыбко и неверно, но если я приму непосредственное участие, все получится так, как хочется мне. Эксперимент «развали семью» можно считать начавшимся.
С Андреем заговорил солидный господин, Гринев трогательно поцеловал Катерину в щеку и отошел в сторонку шептаться о делах. Катя тут же сорвалась с места и почти бегом бросилась ко мне. Я постарался придать лицу скучающее выражение.
– Ты тут? – она вцепилась в мой локоть и силком потащила к входу в смежный зал.
– Как видишь, – я лениво упирался.
– Хорошо… А домой когда?
– А что я там не видел? Мне и тут неплохо. Ты что такая… странная какая-то? Все в порядке? – участливо спросил я, останавливаясь.
– Да? – она меня не слышала. – Мы послезавтра уезжаем в Швейцарию на десять дней.
– Помню-помню: снег, горы, лыжи и прочая фигня, то, что надо для полного счастья.
Она рассеянно кивнула, глядя через мое плечо, и покраснела – мне и оборачиваться было не надо, чтобы понять, кто стоит позади меня.