– Не побегу… – мы смотрели друг на друга, Фил ждал, усмехаясь, я раздумывал. В любом случае, давать какие-либо обещания я не собирался. – Я тебя правильно понял, ты хочешь, чтобы я испортил Катерине жизнь? И ты готов за это заплатить? – уточнил я.
– Я хочу, чтобы она осталась одна, я хочу, чтобы и ей ад раем казался. Да, я хочу, чтобы она страдала. И да, я готов платить за это.
– Ты ошибаешься, если думаешь, что тебе это поможет.
– Тебе какое дело? Я предлагаю работу и деньги.
– Я подумаю. Как с тобой связаться?
Он продиктовал мне «мыло» и, смерив меня на прощание презрительным взглядом, пошел дальше. Я вернулся в отель.
5
На пару дней я позволил себе забыть про Гриневых и про все, что связано с ними.
Старые друзья и любовники, встречи, объятия, поцелуи, горячие ночи и сонные дни оттеснили все мысли о планируемых интригах куда-то на задворки сознания. Только в самолете, переносящем мое измученное райскими истязаниями тельце в Москву, я вспомнил про Катю и Андрея. Или, что, безусловно, больше соответствует действительности – я позволил своему внутреннему взору сфокусироваться на Гриневых, поскольку думал я о них все же, но так, точно они были персонажами интересной, но отложенной до лучших времен книги.
Конкретного плана у меня не было: интриги подразумевают импровизацию и быструю реакцию, однако подумать, что делать в первую очередь – стоило.
Я решил, что надо как можно скорее съездить к Гриневым в гости и посмотреть, не успокоилась ли Катя, не забыла ли про таинственного незнакомца и при необходимости напомнить о Кире, подкинуть информацию для размышления. Потом я собирался встретиться с Киром. Это было сложнее, необходимо было или придумать подходящую причину, или вылавливать его на нейтральной территории. Да еще я опасался, что моя репутация могла повредить мне в деле сближения с ним.
Мысли ворочались пока неторопливо и явно без охоты, но я погонял их, сам себе обещая заманчивые перспективы. Кстати вспомнился разговор с Ивановым: возможность заработать, да еще получить кайф от ситуации – это мастерство высочайшей пробы, я считаю. С другой стороны, связаться с Филом – самый простой способ найти себе неприятности. Лучшим решением было тянуть время, вести переговоры, торговаться, а там видно будет. Если дело выгорит, то, возможно, и получится вытянуть из Фила деньги, нет – так хоть удовольствие от процесса и полная свобода действий останутся при мне. Довольный собой, я вышел из аэропорта и поймал такси.
Недаром Фигаро всегда был одним из моих любимейших персонажей.
Я не люблю прилетать утренними рейсами – день получается бесконечным, растянутым и невнятным, времени навалом, а наполнять его нечем и откровенно лень. Приняв душ, просмотрев электронную почту и написав Иванову пространное письмо для затравки, я позвонил Катерине. Она обрадовалась, и у меня стало так тепло на душе, что я даже подумал: зря я затеваю всю эту чепуху. Я вслушивался в её голос, но определить по тону, что сейчас она чувствует, конечно же, не мог. Пришлось нагло напроситься в гости, точнее поставить Катю перед фактом своего появления.
Пока я добирался через муторные московские пробки к Гриневым, было время еще раз подумать над тем, что я замышлял. Все-таки человек уникальное создание природы, которому без труда удается преодолеть сомнения, урезонить совесть и подобрать сто аргументов в пользу любого своего решения. Было бы желание, а нужные доводы найдутся. Вот и я, один из самых смышленых представителей рода человеческого, пока добрался до Гриневых, пришел к поистине соломонову решению: я только посмотрю, как там Катя, и если она думать забыла о Кире, если счастлива и довольна, то я пальцем не пошевелю, ничего не буду делать. Но если мне покажется (какую соблазнительную лазейку я оставлял для себя), что искра, зажженная взглядом Кира, еще не угасла, то тогда… Тогда-то и посмотрим.
Катерина встретила меня в прихожей, расцеловала в обе щеки, велела раздеваться и мыть руки и умчалась на кухню. Женщина, готовящая суп, всегда вызывает у меня стойкие ассоциации с колдуньей. Котел с бурлящим варевом, огромное количество ингредиентов, среди которых попадаются явно подозрительные корешки. Правда, у одних ведьмочек получается приворотное зелье, а у других отрава, но тут уж дело в дарованном свыше таланте.