Эта мысль меня как-то разозлила. Знаете, бывает такое, что вроде бы ничего не происходит, а ты вдруг становишься весь на взводе? Сам придумал, сам обиделся. В этот момент у меня зазвонил телефон. Это был Астерион, брат новой жены моего отца. Я думал, что он хочет меня убить. Я не мог это утверждать с большой вероятностью, но полностью исключать этот вариант тоже не мог.
— Здравствуй, Гел. Ты, случаем, не забыл, что стоит появляться дома?
Его голос всегда казался жутко позитивным и немного пугающим.
— Дома появляться отстойно. Не твое дело, где я.
— Папа? — спросил Кас. Я ему пояснил, кто звонит.
— Я беспокоюсь о тебе. Ярослав, твой папа, считает, что ты ночевал у друга, но я ведь знаю, что ты неприспособленное к социуму существо и у тебя нет друзей.
Я закатил глаза, будто бы Астерион мог это видеть.
— Теперь у меня есть друг.
— Да я слышу, что ты там не один, поздравляю. Где ты, Гел?
— На кладбище домашних животных.
— Ну удачи, Луис Крид. А по серьезу?
— На кладбище домашних животных пью пиво со своим другом и говорю про маньяков.
— Занимательно. Где бы ты ни был, Гел, я могу приехать за тобой и отвезти тебя к психотерапевту. Ты пропустил сеанс, назначенный на утро, но я позвонил и договорился, теперь тебя могут принять вечером за дополнительную денежку. Тебе нужно исправлять свою карму, это не та вещь, которую стоит задвигать в дальний ящик.
— Я не буду исправлять свою карму! Это скучно, и я все равно умру! Я проживу этот год для себя, так, как хочется мне.
— Слова взрослого и ответственного человека.
— А я не взрослый и не ответственный! Карму детей, подростков и очень молодых людей практически невозможно исправить!
— Не смотри на эту дурацкую статистику с девяностопроцентной летальностью, воспринимай это так: карму либо исправить, либо нет, то есть пятьдесят на пятьдесят. Я приеду за тобой, Гел.
— Это дурацкий подгон цифр! Ты наверняка хочешь забрать меня, чтобы убить!
— Чего?! Чего, блин?!
Я нажал сброс звонка. Астерион тут же набрал мне снова, но я не стал отвечать. Он может быть очень навязчивым, всегда старается добиться своей цели.
Кас спросил:
— Он хочет тебя убить?
— Может! Он со своей плодовитой сестрой из ваших, он тоже был нищим кровопийцей. Но он уже несколько лет работал на мою маму, помогал ей вести финансовые дела, занимался организацией благотворительных вечером и ее частью в бизнесе папы. Астерион здорово поднялся благодаря маме, заработал и деньги, и статус. Привел свою младшую сестру, эту дуру Фелис тоже устроили работать к родителям, а они так отплатили нам. Но маме почему-то нравился Астерион, возможно, потому что ей хотелось вершить судьбы бедных. Неважно! Короче, вы же можете находиться в городах Солнца только по рабочим пропускам, ну в очень-очень редких случаях можете получить постоянное разрешение на жилье. Я все это время думал, что мама помогла Астериону выписать разрешение, а недавно я услышал его разговор, что после ее смерти у него могут начаться проблемы с тем, что он подделал пропуск! Он даже говорил про кого-то: «Я убью его, если он меня сдаст, нам нужно разобраться!» Разобраться, блин! Наверняка он и со мной хочет разобраться, потому что думает, что я хочу таким образом избавиться от Фелис. А ведь за подделку таких документов он отъедет минимум года на три.
— Ты уверен? А вдруг он хочет просто помочь?
Иногда Кас был таким наивным.
— Я уверен, что он так поднялся за эти годы не только за счет влияния моей матери, наверняка он занимается чем-то нелегальным и ему убить человека ничего не стоит!
— Тогда будем держаться от него подальше.
Кас мне поверил. Мы решили, что на всякий случай мне нужно достать оружие, чтобы я мог защититься от Астериона, Кас обещал подарить мне свой электрошокер. Я показал ему фотографию Астериона, чтобы он узнал его, если увидит, что меня ищут. Запомнить его было легко, у него было удивительно приветливое и душевное лицо для рыжего, мягкие черты и большое спортивное тело. Большую часть времени он ходил в спортивных костюмах и только на самые официальные встречи с мамой мог надеть рубашку. Астериону было около тридцати пяти, и хотя возрастом он был ближе к моей маме, чем ко мне, общался он так, будто бы ему недавно стукнуло двадцать.
На самом деле раньше наши отношения были куда лучше. Мама пролежала месяц в больнице, она не приходила в себя, ее нога была ампутирована, а в горло вставлена трубка, и я ездил к ней каждый день. В основном меня возил Астерион, мама была не только его работодателем и спасителем, но и хорошим другом. Папа тогда был слишком расстроен, у него не хватало смелости посещать больницу. Как и похороны, тот месяц я помню плохо, но ощущение родства с Астерионом полностью не забылось. После больницы он возил меня поесть пиццу или рамен, рассказывал различные смешные истории и говорил о людях, которым помогла моя мама. Он твердил мне, что такому хорошему человеку должно воздаться и она обязательно выкарабкается, а я ему не верил, хотя и очень хотел.