— Джел, ты же еще должен разобраться с Илоном Маском.
А я действительно с ним должен разобраться. У меня не было никаких мыслей о преждевременной смерти, это и так случится пятого мая, всем это понятно. До этого момента я должен успеть попробовать все удовольствия и убить Илона Маска. Я специально описал этот случай в блоге, чтобы еще раз убедиться, что все было именно так и никаких других мотивов у меня не было.
Несмотря на то, что Кас продолжил общаться со мной так же, как прежде, я упал в его глазах. Он сказал, что я не готов идти с ним работать, а он может не выходить сегодня на смену, и мы пошли с ним пить пиво. Все равно это вышел замечательный день, который отложится в копилку моих лучших воспоминаний, ведь я выиграл в монополию.
Когда я а очередной раз совершил глупость и рассказал об этом случае Астериону, он угрожал мне силой забрать меня в Москву лечиться, но в итоге эту угрозу применять ко мне не стал.
Это был хороший день, это точно.
Ваш тупой Джел, который не может отличать котят от пакетов. Пока!
Глава 11. «Не притворяйся, что в порядке»
Это был день памяти Камарии Филатовой. На него меня позвал отец, и я неожиданно для него согласился. Мне хотелось показать Касу, как устраиваются банкеты в честь торжественных мероприятий в городах Солнца, и моим условием прихода было то, что я приведу его с собой. Я сказал, что так мне будет легче, и папа согласился. Он сказал: только ведите себя прилично.
Действительно, так стоило делать, ведь мероприятие было масштабным и печальным, а место встречи официальным. Это был огромный конференц-зал со сценой и фуршетом. На широком экране крутились ее фотографии и видео с ее выступлений. На них мама была в таких же залах, в больницах, школах, даже в тюрьмах для несовершеннолетних. Была ее фотография, где она прыгала в мешке на моем школьном спортивном празднике, была наша общая фотография с папой, когда мы путешествовали по горам. Показывался снимок на фоне еще целого Москва-Сити, и тот, где мама держала нашу прошлую собаку, болонку по имени Шоша, которая прожила, к сожалению, всего шесть лет. Мне вспомнился непроверенный факт, который я когда-то читал: Анастасия Романова держала на руках болонку во время расстрела. Собаку потом тоже расстреляли. Но я в это не верил, я был приверженцам теории, что младшей принцессе удалось спастись и ее потомки до сих пор оказывают влияние на мировую политику.
Пол был мраморным и блестящим, с потолка свисали люстры, украшенные бусинками из хрусталя. Было самую малость душновато, пахло кондиционером и каким-то едва заметным ароматизатором, этот воздух напоминал мне тот, что можно вдохнуть в самолете. Здесь были разные люди, половину из которых я знал, они были вхожи в наш дом. Родственников у мамы было мало, она была поздним ребенком, поэтому ее родители, к сожалению, уже ушли из этого мира. Была ее тетя и двоюродный брат, которых я видел всего пару раз. Некоторые ее друзья, коллеги с работы, известные личности, которых можно было встретить на телевидение, и те, кому она успела помочь. Несколько человек стояли с камерами, но журналистов пустили немного. Папа казался нервным, он боялся, что все пойдет не так, и то, что его могут осудить за столь скорый брак. Фелис тоже пришла, но держалась подальше от папы, она сидела за столиком с Астерионом. Он же был чуть пьяноватым и сказал мне: молодец, что ты пришел.
Я показывал Касу всяких знаменитостей. Они его не сильно волновали, но все-таки нельзя было сказать, что ему было совершенно не любопытно. Иногда меня кто-то узнавал и подходил, чтобы выразить свое сочувствие. Люди говорили, что я держусь хорошо. А я действительно это делал: чтобы показаться вежливым в разговоре, я все время улыбался, и только теперь, когда я пишу эту запись в блоге, я понимаю, что это могло казаться странным, не соответствующим ситуации, как мой ажиотаж на вокзале в Сириусе. Я везде был дурацким и не в тему, это мое клеймо! Но в целом и настроение у меня было хорошим, мне нравилось рассматривать людей и делиться впечатлением с Касом.
Я говорил ему:
— Это лучший креветочный салат, который ты мог пробовать!
— Вон мамин секретарь, он был любовником одной очень известной фигуристки! Вон той, узнаешь? Какая красивая спина!
— А вон предсказатель, но не тот, что предвещал мне смерть! То была его сестра. Представляешь, однажды он сказал папе, что у него будет двое детей! Это было очень давно, я был тогда либо очень маленьким, либо еще не родился. Мама все смеялась, а все сбылось!