Как говорил ей доктор Мелофф, истерическая амнезия определялась в книге, как потеря памяти на какой-то период времени в прошлом или на определенные события, которые вызвали у пациента сильный страх или неудержимую ярость. Амнезия может стать причиной тяжелой депрессии. Может быть, ее депрессия — это результат ее заболевания, как утверждает Майкл? Что депрессия возникла вовсе не от таблеток, которыми ее пичкают?
Она нашла раздел «Фугитивный истерический статус» и быстро удостоверилась в том, что это диссоциативная реакция, которая следует за тяжелой эмоциональной травмой. «Ну скажите же мне что-нибудь, чего я не знаю», — просила Джейн авторов руководства. Она скользила взглядом по страницам, ощущая ухудшение настроения и нарастающее внутреннее беспокойство. Кажется, она не найдет здесь ничего полезного.
Но тут она увидела это: «Моментальная потеря импульсивного контроля может привести даже к попытке убить любимого человека и может сопровождаться потерей памяти, касающейся идентификационных данных собственной личности».
Неужели она действительно пыталась убить Майкла?
Джейн немедленно вспомнила ту растерянность, которая охватила ее в «Леннокс-отеле», лихорадочно пытаясь понять, что же с ней могло произойти. Она вспомнила тот ужас, который испытала, когда поняла, что могла убить кого-то, в глубине души чувствуя, что это было возможно. Все, что она узнала о себе за последний месяц, говорило о том, что у нее был отвратительный характер и вспышки ярости проявлялись по самым ничтожным поводам. Вполне возможно, что она пыталась убить своего великодушного мужа, с которым прожила одиннадцать лет. Но по какой причине? Из-за того, что он узнал о ее романе с Дэниэлом Бишопом? Может, он хочет превратить ее в растение в отместку за ее предательство?
Дальше в тексте говорилось, что этот тип потери памяти хорошо поддается лечению гипнозом или сильным внушением, в особенности когда оно проводится в обстановке, позволяющей больному отстраниться от психотравмирующей ситуации. Возможно, то, что она находится дома, в месте, где совершила преступление, мешает ее выздоровлению.
Она невовремя уснула, и это предотвратило ее первую встречу с психиатром. Следующая консультация была перенесена на шесть недель. Разговоры о гипнозе тоже предназначены для того, чтобы усыпить ее бдительность. Джейн покачала головой, на мгновение коснувшись холодной страницы книги. Очень даже возможно, что она никогда не узнает правду.
Может, ей попросить в полиции, чтобы ее загипнотизировали, подумала она, подняла голову и увидела знакомую хмурую физиономию доктора Клингера, который направлялся прямо к ней.
— Миссис Уиттекер… — узнал он ее. Вытащил из-под стола стул и уселся напротив нее.
— Доктор Клингер. — Ей стало интересно, не видит ли он через ее розовый свитер, как у нее забилось сердце.
— Вы меня помните? Я польщен.
— Даже страдающие истерической амнезией иногда что-то помнят. — Ей почему-то придала уверенности его неспособность улыбаться. — Но вы не сказали мне, что только персонал госпиталя может пользоваться библиотекой. Я это знаю, но предпочла проигнорировать.
— Очевидно, для вас было очень важно восполнить какой-то пробел в ваших знаниях.
— Да, мне хотелось узнать про себя несколько вещей.
— О вашем заболевании? — Он перевернул и посмотрел название книги.
— Нет, о систематическом каталоге библиотеки конгресса.
На минуту ей показалось, что доктор Клингер всерьез воспринял ее ответ.
— О, да, я понимаю, — отметил он, — это маленький сарказм.
— Страдающие амнезией больные весьма склонны к сарказму. Это написано здесь на странице тридцать три.
— Что еще удалось вам узнать?
Она пожала плечами, пародируя беззаботную манеру Викки Льюис.
— Кто вам сказал, что я здесь?
— Миссис Пейп позвонила в кабинет доктора Мелоффа, чтобы узнать у Викки Льюис, что, собственно, происходит. — Доктор Клингер кивнул в сторону библиотекаря. — Она выяснила, с кем разговаривала Викки, и та сразу поняла, кто решил предстать здесь в ее образе. Так что они сочли необходимым вызвать меня.
— Ну и что же конкретно она вам сказала?
— Что вы вошли и спросили, где вам найти доктора Мелоффа, что вы выглядели расстроенной, рассеянной…
— Слишком тепло одетой?