— Я тоже рада, что вы пришли.
— Вот как? Но всего еще час назад вас это как будто злило.
— Мне казалось, что вам будет скучно у нас, — беззаботно сказала Лесли, и тут же обратилась к Бобби. — Иди же, открой остальные подарки.
Бобби с радостью сделал то, что ему сказали. Под елкой он нашел пуловер и лыжную шапочку от Марты, анорак от Пат и огромную коробку разнообразных игр, присланную Тодом. Узнав, что это подарок от отца, мальчик ничего не сказал, но Лесли заметила, что он так и оставил ту коробку лежать под елкой, а сам тут же отвернулся, и было заметно, как у него дрожат губы.
Видя это, Лесли тут же поспешила исправить положение.
— Ты только посмотри, дорогой, сестра Лисель подарила тебе коробку с шариками.
Эти слова произвели поистине волшебный эффект, и в следующий момент все трое мужчин разлеглись на полу и начали игру. Лесли умилялась, глядя на то, как рядом с Бобби быстро прибавляется шариков, в то время как Аксель и Филип Редвуд очень скоро остались без единой штуки.
— Без доктора Вайса здесь не обойтись, — серьезно проговорил Аксель. — Вот он смог бы устроить здесь настоящее состязание. Ведь он у нас заядлый спортсмен.
— Но только сомневаюсь я, чтобы это имело значение применительно к игре в шарики! — отозвался Редвуд, поднимаясь с пола и отряхивая брюки на коленях.
— И тем не менее, ему наверняка повезло бы в этом больше нашего, ответил ему Аксель. — Кстати, он что, и в самом деле приезжает сегодня, или это как всегда сплетни?
— Нет, не сплетни. Он действительно должен приехать сегодня вечером, — Редвуд взглянул на Лесли. — Когда он снова приступит к работе, то у вас поубавится забот.
— Но я же ведь никогда не отказывалась от дополнительных обязанностей, — запротестовала Лесли. — По крайней мере меня не вызывают по ночам, и на том спасибо. — Она наклонилась, чтобы поднять с пола закатившийся к ней под ноги шарик, и при свете елочных свечей на ее волосах заиграли отблески цвета карамели, и тогда Редвуд вдруг щелкнул пальцами и воскликнул:
— Все! Теперь я вспомнил, где я вас видел! В "Святой Катерине" рождественский бал!
Лесли намеренно медленно выпрямилась, благодаря судьбу за то, что в тот момент он не мог видеть ее лица.
— У вас прекрасная память.
Аксель недоуменно переводил взгляд с Редвуда на Лесли.
— Вы хотите сказать, что вы раньше уже встречались?
— Я имел возможность встретить доктора Форрест в ее бытность медсестрой.
— Медсестрой?! — глядя на Лесли, Аксель не сумел скрыть своего изумления. — Ну надо же! Это так редко случается — оставить работу медсестры, ради того, чтобы стать врачом.
И тогда после секундного замешательства Лесли все-таки отважилась на тот самый решительный шаг. Она сказала:
— Вообще-то можно считать, что меня вынудили к этому сложившиеся обстоятельства. Просто как-то раз мне довелось совершенно случайно услышать высказанное вслух мнение одного хирурга о то, что женщинам не место в медицине.
Редвуд всплеснул руками.
— Так, значит, тогда это были вы?
Аксель с интересом наблюдал за происходящим.
— А прилично ли поинтересоваться, о чем идет речь?
В общих чертах Лесли пересказала ему суть произошедшего, постаравшись придать своему рассказу некоторую веселость, хотя прежде она никогда не имела склонности шутить по этому поводу.
— И вот теперь так получилось, что вам приходится работать под началом у этого самого человека, — заключил Аксель, когда она закончила свой рассказ. — Странная все же штука судьба, правда?
— Да, очень странная, — согласилась Лесли, — но то уже дело прошлое. Мистер Редвуд предложил мне остаться работать здесь.
— Это замечательная новость. И вашему малышу это тоже пойдет на пользу.
— Я не малыш, — обиженно поправил его Бобби. — Мне уже девять лет.
— Конечно-конечно, все об этом знают, — с готовностью подхватила Лесли. — Для мышей и кроликов это весьма почтенный возраст.
— Дети обычно без ума от животных, — сказал, посмеиваясь, Редвуд. — У меня в лаборатории живет кролик, и Бобби сможет взять его себе, если захочет, конечно.
Бобби восторженно подбежал к нему.
— Правда, сэр? Я правда смогу взять его себе?
— Да, но только на том условии, если пообещаешь не приносить его в клинику.
— Конечно, обещаю! Тетя, ты слышала? У меня будет живой кролик и много-много маленьких крольчаток!
— Послушай, я же даю тебе только одного кролика, а не пару! — заметил вслух Редвуд. — Только одного!
— А какая разница? — заинтересовался Бобби.
— Давайте лучше поиграем в стульчики, — быстро вмешалась Лесли.
Бобби тут же включил радио, и комнату наполнили звуки танцевальной мелодии.
— Давайте, я буду включать и выключать музыку, — вызвался Аксель, — а вы трое можете начинать.
Держась друг за другом, как индейцы в ритуальном танце, Бобби, Лесли и Редвуд принялись расхаживать вокруг двух стульев, выставленных на середину комнаты, и хотя Лесли изо всех сил старалась держаться достойно, но все же весьма непросто было памятовать о каких-то правилах приличия, когда музыка вдруг неожиданно смолкала, и они все втроем бросались к стульям, чтобы успеть занять себе место. Это была очень шумная игра, и взрослые специально подыгрывали Бобби, чтобы дать ему возможность почаще выигрывать. Лесли еще никогда не видела, чтобы Редвуд пребывал в таком веселом расположении духа и еще никогда при ней он так заразительно не смеялся.
— Тетя! Тетя! — закричал Бобби. — Быстрей, музыка кончилась — скорее!
Лесли бросилась к стоявшему рядом стулу и присела на краешек узкого сидения в тот самый момент, когда Редвуд уселся на него с другой стороны. Лесли не упала лишь потому, что Филип успел вовремя подхватить ее, и на какое-то мгновение она замерла в его объятиях. Сильные руки сомкнулись вокруг ее талии, и своей щекой она чувствовала тепло его дыхания.
— Даже если бы я очень постарался, то наверняка не смог бы сделать лучше! — тихо сказал он.
— Мне кажется, что на этот раз вы все же были первым, — сказав это, Лесли встала со стула. Снова заиграла музыка, и на этот раз Бертью подхватил Бобби и закружился с ним по комнате.
— Пойдем танцевать, и я покажу тебе, как в у нас Швейцарии танцуют мазурку!
Редвуд протянул руку Лесли.
— Я, конечно, весьма далек от чего-либо столь напыщенного, ну а как насчет фокстрота?
— С удовольствием.
Лесли подошла к нему, но едва он успел обнять ее, как дверь отворилась.
На мгновение Лесли замерла, глядя на человека, появившегося на пороге, а затем, изумленно вскрикнув, бросилась к нему. Сильные руки подхватили ее, и Ричард поцеловал ее в губы. Затем он снова опустил ее на пол и обратился к наблюдавшему за происходящим мужчинам.
— Привет, Берти, Редвуд. С рождеством, господа!
Вид у Акселя Бертью был озадаченный.
— А вы… вы что… знакомы?
— Вообще-то я не имею привычки приветствовать подобным образом незнакомых женщин! — рассмеялся Ричард.
— Ну конечно же, — воскликнула Лесли. — Вайс — это тот же самое, что и Уайт, но только произнесенное на немецкий манер. И как это я сразу не догадалась! Я и представить себе не могла, Ричард, что смогу встретить тебя здесь. — Она обернулась и взглянула на Редвуда, безмолвно наблюдавшим эту сцену, стоя у камина. — Мы учились вместе на медфакультете при больнице Святого Эндрю.
— Понятно, — это был отрывисто-грубоватый ответ, и в то время как Редвуд направился к двери, Лесли начало казаться, что она может явно ощущать его недовольство. — Прошу меня извинить, но мне пора. — Затем он обратился к Ричарду. — Зайдите ко мне попозже и прихватите с собой все данные из Цюриха.
— Хорошо, сэр — часов в девять?
Прошло еще совсем немного времени, когда Бобби уже был уложен спать, Аксель ушел к себе, а у Ричарда и Лесли появилась наконец возможность поговорить.
— Извини, что я нечаянно нашла твое убежище, — шутя, сказала она. Но я надеюсь, что ты не станешь сердиться на меня за это?