Ерунда.
Как говорится, если подобное удивляет, то ты просто на дело с Элом не ходил.
Шутки шутками, а опасности ситуации никто не отменял.
— Ты сам себе подписал приговор, Жар, — сказал мужчина в балахоне. — Слишком много шума наделал. Ещё и предать решил. Думал, ты усвоил урок.
Сказано это было на фоне начавшейся схватки Эла и Фаэля.
— Да пошёл ты, — с трудом поднялся Жар. — Знаю я, к чему всё это шло. Ты сожрать меня хотел. Но это ведь в обе стороны работает, забыл? Парни… — сплюнул он кровь. — Я его замедлю, а вы бейте.
— Думаешь, им это поможет? — спросил тёмный культиватор. — Ты не в курсе, но я почти восстановил свою силу. Осталось совсем немного.
Мужчина размылся в воздухе, оказался рядом с Дзендао. Тот успел сгустить дух, но не сформировать полноценную защиту. Чужая ладонь легко прошла сквозь неё, схватила за плечо и зашвырнула парня в Маркуса. Тот качнулся в сторону, увернулся от тела и взмахнул мечом, пресекая последовавшую следом атаку. Балахонщик увернулся, отскочил от лезвия, которое промелькнула опасно близко.
— Дух, гений меча да с артефактом ранга Предка? Эту игрушку я заберу себе.
Маркус ничего не ответил, полностью сосредоточенный на противнике. В тот момент, когда Жар выполнил обещание и натянул поводок, связывающий его с Фростом, парень воспользовался этим на полную. Короткий росчерк — и лезвие почти снесло голову. Враг успел уклониться, меч разрубил выступающий балахон и задел нос.
Отпрыгнув назад, он скинул капюшон, обнажив изуродованное лицо и то, как капля крови сбежала по носу. Рана тут же закрылась, и Маркус прищурился, оценивая регенерацию противника. Такого надо убивать основательно, не давая шанса восстановиться.
— Мальчишка, ты начинаешь раздражать! — крикнул мужчина. — А ты… — повернулся он в сторону Жара. — Умри уже!
Он дёрнул рукой, будто подсекая что-то невидимое, и… Усиленное кольё воздуха влетело ему в грудь.
— Про меня не забыл? — крикнул Дзендао. — Ты бы не отвлекался! Против тебя не дети вышли!
Не сговариваясь, они с Маркусом продолжили бить одновременно. Пламя и ветер, усиливая друг друга, летели в противника нескончаемым потоком техник.
— Хватит! — рявкнул их враг.
Духовная сила вышла из него, почти обратившись в следующий ранг — волю короля. Вокруг мужчины засияла отчётливая аура. Он сошёл с места и снова оказался рядом с Дзендао. Тот, ожидая чего-то такого, успел увернуться, высоко подпрыгнул. Это было тактически опасно, без твёрдой опоры куда сложнее увернуться, но расчёт оказался верным. Враг прыгнул следом, также оказавшись в воздухе. Дзендао метнул ему навстречу воздушный таран, выиграл долю секунды и успел выхватить магический посох. Мужчина всё понял верно, прикрылся щитом и попытался уйти, но атака оказалась быстрее. Его отправило обратно, вбило в землю и прижало.
— Огненная кара! — крикнул Маркус, выпуская самое убойное, чем обладал.
Когда луч опал, сверху на врага обрушился огненный шар с вложенной духовной силой. От жара камень вокруг растрескался, заискрил и начал плавиться.
Дзендао тем временем упал на камень и поспешил отойти подальше. Окинул взглядом поле боя, увидел что-то разошедшегося Эла, который поднял тонну воды и впечатал наследника Приюта в свод пещеры, но дальше наблюдать за этим не было возможности. Дзендао начал готовить следующую атаку.
Пламя исчерпало себя и, когда опало, все увидели, как мужчина стоит, уплотнив ауру до предела. Его балахон сгорел, часть тела покрыли свежие ожоги, которые закрывались прямо на глазах.
— Он не так прост! — крикнул Жар. — Убейте его, пока не разошёлся! Держу!
Маркус сорвался с места. Фрост согнулся против воли и распрямился обратно, зарычав как зверь. Тело начало стремительно меняться, разрастаться. Маркус оказался рядом и вбил меч туда, где должно было быть сердце. Пробил навылет, но лезвие застряло в костях. Фрост схватил парня за руку, сжал, и раздался хруст. Одним движением у Маркуса была сломана кость. Отшвырнув парня, Фрост схватился за меч и выдернул его из раны.
Жар смог натянуть их связь, и меняющего человека-зверя снова повело. Лицо исказила гримаса боли. Дзендао воспользовался моментом, и на этот раз тонкий, но особо прочный прут, разогнанный и сжатый до предела, влетел чётко в глаз, разворотив черепную коробку. Брызнула кровь, но враг не умер и даже не упал. Пошатнулся, прикрыл лапой морду, да и только.